Продолжение не следует

Они, уже немолодая бездетная пара, завели себе собачонку редкой в Советском Союзе породы, и пошло дело. Прибыльное, между прочим, даже по тем временам.

Вася увидел чудное создание, был очарован юной псинкой, а дядька между прочим просветил.

– Ты, Василий, уж не думаешь ли на одну врачебную зарплату прожить? Так это, брат, зря… А за каждого щенка – половина твоего будущего оклада легко отламывается… Мы ж не для красы эту жабу завели. И охранять нам тут в квартире особо нечего. А она нас кормит! Так-то, племяш…

Ника (так звали Геклину мамашу) оказалась весьма плодовита, проблему составлял только поиск отцов будущего потомства, к последнему пришлось ехать за тридевять земель, в Таллин.

Гекле, которую Вася благоразумно привез не сразу, а через неделю после обустройства в деревенской школе, не исполнилось и трех месяцев. Неуклюжая вислоухая и слюнявая животинка покорила всех в первый же день, ей позволялось и прощалось все, вплоть до утаскивания под кровать обуви, носков и прочего, попадавшего в поле зрения любопытного зубастика.

Наши койки располагались рядом. Я в углу, он – через проход в метр шириной, а коврик для Геклы – под Васиной кроватью, поэтому и общаться с малышкой мне доводилось чаще всех. Щенок – существо игривое, веселое и ласковое, а хозяин поставил себе целью вырастить настоящую служебную собаку – послушную, воспитанную и суровую. По этой причине нам категорически запрещалось совать Гекле конфетки, сушки-печеньки и прочие вкусности.

Напротив, полагалось, если тянется к рукам, предложить угощение, а потом не просто не отдать, а еще и шлепнуть легонько по носу. Чтоб по опыту знала: у чужих ничего брать нельзя.

Ну, и шлепали… Жалко, а куда денешься – воспитатель следил строго и очень обижался, если предписания по дрессуре не выполнялись.

Еще мне было поручено способствовать развитию положенной данной породе свирепости. Делалось так: я совал Гекле под нос носок, рукав или штанину, а потом, когда она зубками крепко хватала предложенное, старался добычу отнять, иногда опять же аплодируя по мордасам.

– Кто у нас главная злючка? Рычим, кусаемся? Не отдам штаны! Мои штаны, мои!

Игра понравилась, и собака, по возрасту еще толком не умевшая рычать, издавала то писк, то визг, рвала у меня из рук игрушку и истекала слюной. За особо удачные моменты «учебы» Вася меня даже хвалил.