Песнь экстаза

Я собиралась провести с Торговцем всего один вечер, но постепенно это желание превратилось в зависимость. Я снова и снова хватаюсь за черную визитную карточку. Еще вечер, третий, четвертый, и я уже не могу без него. Я ничего не знаю о жизни и прошлом Торговца. У него нет причин делать мне одолжения.

Но он приходит.

Я смотрю на бусины и вспоминаю наш разговор во время второй встречи.

«Ты отдашь мне то, чего я потребую – что угодно. Скажи мне, херувимчик, ты готова выполнить любое мое желание?…Ты готова отдать мне свое тело?» Наверное, мне следует опасаться такой расплаты.

Но, напротив, когда я вспоминаю об этом, меня всякий раз охватывают беспокойство, нетерпение, волнующее предчувствие.

Наверное, у меня с головой что-то не в порядке.

– О чем ты думаешь, херувимчик? – спрашивает он.

Сегодня вечером Торговец удобно расположился на моей кровати, которая ему, кстати, мала – ноги свешиваются. Я смотрю на него, и мысли принимают совершенно определенное направление…

Я чувствую, что краснею.

– Точно, это нечто неприличное. – Торговец поправляет подушку, закидывает руки за голову.

Я думаю, что сейчас он начнет дразнить меня, но вместо этого он разглядывает мою комнату. Я слежу за его взглядом и вижу, словно со стороны, свой туалетный столик, подставку для дешевой бижутерии и маленькую косметичку. Вижу постеры на стенах – один с портретом «Битлз», второй с фотографией Эйфелевой башни, и еще тот нелепый постер с надписью «Сохраняй спокойствие и продолжай читать».

Письменный стол завален учебниками, рядом – кружка и жестянка с чайными пакетиками.

По полу разбросаны потрепанные книги, одежда, обувь.

Я чувствую себя обычной школьницей. Совсем юной и неопытной. Я понятия не имею, скольких женщин навестил за свою жизнь Торговец, но могу побиться об заклад: их спальни выглядели гораздо уютнее этой жалкой клетушки с дешевым чайником и постерами, приколотыми кнопками к стенам.

– Соседки нет? – спрашивает он, рассматривая складной стул, который я поставила на место второй кровати.

– Больше нет.

Она переехала в комнату к своей подруге, которую поселили одну, и которой нужна была компания. Узнав об этом, я испытала одновременно разочарование и облегчение. Мне не очень хотелось оставаться одной, но, с другой стороны, мы не подходили друг другу. Она была веселой и болтливой, а я… меня терзали глубоко запрятанные тяжелые воспоминания.

Торговец бросает на меня сочувственный взгляд.