Скандальная связь

Растерянно блуждаю по строкам и догадываюсь, к чему ведет босс.

– Как вы видите, Элла Евгеньевна, эти суммы необходимо возместить, – с нарочитой строгостью обращается новый издатель, восседая на директорском кресле, положив руки на подлокотники. – Из вашего кошелька, безусловно.

Я теряю способность к речи от комментария Аскарова. Он выносит вполне справедливый вердикт, и к огромному облегчению, накопления на моем банковском счету позволяют покрыть расходы. Не зря я копила. Правда, не на компенсацию, а на новую машину.

Тимур был прав, подаренный им когда-то «Опель» починили очень быстро, и я уже могу без проблем на нем передвигаться. Но все равно хотелось другой автомобиль, который не будет служить напоминанием о бывшем. А теперь вот…

– Учитывая предыдущую вашу выходку, – молодой бизнесмен откашливается в кулак, на секунду потупив взор к полированной поверхности рабочего стола, выполненного по заказу Веры Геннадьевны в скандинавском стиле, как и интерьер кабинета в целом, – я имею полное право заикнуться об увольнении.

Нет! Только не увольнение. Я же окончательно тронусь умом, если лишусь последнего оплота, связывающего меня с нормальной жизнью.

– Мне очень жаль, – раскаиваюсь, прилагая максимальную искренность. – Игнат Артурович, правда. Я…

– Было бы странно, если бы вы не чувствовали вину, – словно ястреб вонзается в меня острым взором. Я терплю, сжимая бумаги в руках чуть сильнее, чем следовало бы, продавливая пальцами. – На этот раз обойдемся штрафом, лишением премии и стопроцентным возмещением финансового ущерба.

Я лихорадочно провожу расчет убытков, и увольнение уже не кажется мне армагеддоном.

– Я мог бы потребовать с вас и моральную компенсацию за то, что оказался впутан в ваши личные неурядицы, – продолжает издеваться Аскаров. Вдруг я преисполняюсь неописуемым раздражением к его расслабленной позе и надменности, проскользнувшей на губах микроскопической ухмылке.

– Я же извинилась…

– Я бы не добился успехов, уважаемая Элла Евгеньевна, – растягивает уголки губ в язвительной улыбке, – если бы довольствовался простыми извинениями от людей, с которыми веду дела.

Я кусаю себя за кончик языка. Тоже справедливо подметил.

– Я не терплю подобных игр. Вы отдаете себе отчет, какой урон могли нанести моей репутации, если нас кто-то услышал, сфотографировал?

Этот тип гораздо, гораздо приятнее, когда держит рот закрытым.

– Вы ничего не знаете обо мне. Вдруг у меня жена, дети?

Я тактично молчу, опустив голову.