Скандальная связь

Настраивалась употреблять меньше лактозы, тем не менее, корзина заполнена творожной массой, йогуртами и пудингами… У меня странный способ преодоления стресса – я объедаюсь молочкой.

– За фигурой бы последила, – раздается за плечами пренебрежительное цоканье.

Я отшатываюсь в сторону, от испуга схватившись за сердце. Разворачиваюсь и снова вижу Сусанну Георгиевну. Ее тележка забита с горкой.

– Вы преследуете меня? – хмуро гляжу на нее.

– Не придумывай, – закатывает глаза и фыркает вяло.

Очередь перед нами двигается, но впереди меня еще человек шесть, не меньше.

Собираюсь спросить увязавшуюся за мной Сусанну, что же она забыла в моем районе, но она опережает:

– Если ты еще помнишь, двоюродная бабушка Тамерлана живет неподалеку. Вот, – напыщенно стреляет глазами на товары в своей тележке, – везу старой одинокой женщине продукты. Ты, я надеюсь, не мелькаешь перед ее глазами, не портишь настроение? У нее сердце…

Какая ж она наглая! Не стоит с ней продолжать разговор, но внутри такой пожар, что я едва ли могу удержаться.

– А, по-вашему, я должна из квартиры не выходить?

– Ха! Из квартиры, которую тебе оставил мой сын! – брезгливо морщит она губы. Никогда не устанет меня этим попрекать. – Если бы он послушал меня и купил жилье в хорошем районе, я бы ни за что не позволила тебе оставить его себе, – Сусанна, как всегда, не щадит.

Она, конечно, понимает, что унижает сильнее, намекая на подачки. Но просто молчать не буду! Я ей выговариваю, напоминая, что эту квартиру мы с Тимуром купили вдвоем.

Да, он вложил денег больше, чем я, но собственность – общая! Я предлагала Тиму обменять нашу двухкомнатную на однушку, но он сам не захотел. А съезжать из квартиры, которая по праву и моя тоже, я не собираюсь.

– Ты еще смеешь мне все это высказывать… Да я бы на твоем месте глаза стеснялась поднимать на мать человека, которого предала! Я бы из города уехала, чтобы о себе лишний раз не напоминать! О своем позоре!

Сусанна говорит громко, эмоционально, активно жестикулируя.

Любому было бы очевидно, как сильно она ненавидит меня. Я сжимаю кулак свободной руки и вдруг застываю, когда приходит понимание, что люди вокруг перестали шуметь, говорить о своем, только касса попискивает характерными звуками. Оборачиваюсь, сгорая со стыда: все покупатели действительно уставились на нас с интересом, кое-кто – с раздражением. Моя очередь подошла. Положив выбранные продукты на конвейерную ленту и, извинившись, буквально выбегаю из супермаркета.