Три судьбы—2

Вернувшись в кабинет, он снова сел напротив подозреваемой и заговорил примирительно-выдержанным тоном:

– Ну что же, Алина Олеговна, вас можно понять. Вы прикрываете своего высокопоставленного любовника и надеетесь, что он сделает волшебный звоночек, и вас сразу же опустят и оставят в покое. Да вот неувязочка какая. Не станет Воронов вам помогать. Во-первых, он сам из милиции вылетел по служебному несоответствию, и чудом избежал уголовной ответственности… Он вам об этом не рассказывал? А во-вторых, несмотря на нежные к вам чувства, женат ваш покровитель всерьёз и надолго, и потому не станет вокруг вашей особы слишком откровенно суетиться.

Тесть у него человек весьма влиятельный, и хотя на похождения своего зятька смотрит снисходительно, обидеть любимую дочку не позволит. Или Игорь Валентинович вам говорил, что скоро разведётся, и вы заживёте вместе? А вы, такая взрослая и образованная девушка, и поверили традиционным байкам стареющего женатика? Так что зря вы ради этого человека карьеру свою разрушили, вас могло ждать большое будущее.

На девушку было жалко смотреть. Она была настолько подавлена, что съёжилась и застыла, как перед угрозой неминуемого удара, и даже забыла, что нужно лить слёзы и шмыгать носом. Тем не менее, она упорно молчала.

– Ну что же, я принимаю ваше решение, хотя и не поддерживаю. Всё, что я могу для вас сделать, отпустить пока под подписку о невыезде.

Подписав девушке пропуск на выход, Леонтьев подошёл к окну и, глядя на вечерний город, задумался, мысленно подводя итоги сегодняшнего дня.

Ему чертовски хотелось выпить грамм сто водочки и таким образом снять напряжение, накопившееся после целого ряда встреч. Но этого делать было нельзя, на сегодня предстояла ещё одна беседа. Правда, уже не важная, проходная, но всё равно обязательная. Он взглянул на наручные часы и тихонько пробормотал:

– Через двадцать минут ещё одна гражданочка – и всё.

И потом домой.

История банды, главари которой сейчас ждут приговора, и, хотелось бы надеяться, дождутся, развивалась на его глазах. В девяностые годы в области, как и по всей стране, среди бандитов началась бойня за «место под солнцем», то есть, за раздел сфер влияния и доступ к большим деньгам. При этом воры в законе были в основном выходцами с Кавказа, управляющими регионом извне. И тут появился лидер, отстаивающий интересы местных.