Венец из Белых лилий

– Верни! – вставая чуть ни не на кончики пальцев, возмущалась Луна.

Он перекладывал игрушку из одной руки в другую, не давая паладину выхватить её.

– Сама же бросила его. Я встал пораньше, чтобы зайти за тобой, чтобы начать тренировки в Цветущей Вишне. Уже забыла, что обещала стать сильнее? Почему бы не похвалить меня за терпение?

Поморщив нос, та скрестила руки на груди. Мира забавляло это своеобразное приветствие. Вопреки раздражительному поведению девушки, временами она выглядела мило и нелепо, как щенок, который злится настолько смешно, что хотелось дразнить его ещё и ещё.

Шмыгнув носом, она кивнула парню, будто намереваясь что-то сказать. Восприняв это как знак, Мир наклонился к девушке, после чего та, со всей силы, ударила лбом по носу.

– Ай! С-сука! – закрыв лицо ладонью, демон резко выпрямился, а паладин выхватила лиса из его рук и поспешно скрылась за дверью ванной комнаты.

Посмеиваясь, демон сел за стол, касаясь ушибленного носа. За его выходку паладин теперь весь день будет ворчать.

Пока Луна занималась утренними процедурами, Мир ждал на кухне, изучая ветви сирени в вазе, выискивая пятилистные цветки. Кухня была очень маленькой. На стене висел шкаф с посудой, под ним раковина и небольшой стол с подставкой под приборы, в которой стояло всего по одному. На подоконнике цвели фиалки, у окна и расположился круглый столик, за которым сидел Мир. Стулья с мягкими вязаными подушечками задвинуты под стол, а на стене висело нежно-розовое полотенце. Печка занимала не много пространства, запуская белую глиняную трубу через крышу.

Выйдя из ванной, Луна торопливо вернулась в комнату, укутав длинные белые волосы в розовое полотенце и таща за собой лиса. Усадив плюшевого друга на кровать, стянула полотенце и старательно расчесала длинные локоны. Мир оставался на кухне и не мешал сборам. Сняв кардиган, а за ним и сорочку, девушка спешно надела нижнее белье, потом белое боди и юбку. Выпрямившись, потянулась застёгивать пуговицу на невысоком воротнике.

На столе лежал чокер, украшенный стеклянной лилией, колокольчиком и белой лентой. Сев на мягкий пуфик и повернув к себе зеркало, Луна коснулась шрама на шее и, поморщившись от отвращения, надела украшение. Расчесалась и заплела волосы в косу с кремовой лентой. Открыв пудреницу, украшенную жемчугом, достала мягкую пуховку и лёгкими похлопываниями припудрила и без того бледное лицо. Чихнув, Луна подняла с пола белые чулки, верх которых напоминал листья на ветвях.