Солнечные дети тёмной планеты

Прислонитесь к стенке и держитесь за вертикальные рукоятки, привяжитесь верёвками, которые мы для вас на них навязали, – объяснил пришелец, пока его руки бегали по панели управления.

Панель управления – огромная, загадочная, горевшая сотней разных огоньков, поразила меня в самое сердце. Как бы я хотел сидеть за такой панелью и управлять чем-нибудь таким великим и загадочным!

А вот окошки у пришельцев были какими-то странными. Их было много, и они смотрели в разные стороны.

И это при том, что мы находились в самом центре корабля, а никаких окошек снаружи – кроме нескольких у входа – я не видел. Как в них попадал свет – уму непостижимо. Но он как-то попадал, пришельцы могли видеть, что происходит и впереди, и с боков, и сзади! Свет в этих окошках был каким-то странным, он почти не давал тени.

– Взлетаем, держитесь, – скомандовала нам женщина. Сами пришельцы сидели в креслах – причём не простых, а даже с подставками под головы, – и были пристёгнуты ремнями.

Корабль дрогнул. Больше ничего не изменилось, только через странные окошки стало видно, как земля начала отдаляться. Взлетев на высоту десяти или двадцати деревьев, корабль пошел в сторону побережья, а затем вдоль берега. Мы с Найвой и Масей смотрели во все глаза. Так далеко от дома мы ещё никогда не были! За несколько минут мы долетели до Макланты – пещеры соседнего племени (по суше до неё ехать два дня) и миновали её, направляясь к северному краю острова.

Ну и скорость у этого корабля!

Папа в это время разговаривал с пришельцами. Они рассказывали, что уже давно наблюдают за нашей планетой, что по всему нашему острову расставлены передающие устройства, которые передают изображение со звуком на спутники, которые летают над планетой, и так они выучили наш язык. Для меня это всё было абсолютно непонятной тарабарщиной, особенно про наш язык.

Разве в мире бывают другие языки?

Дальше речь пошла о совсем непонятных вещах: об источниках энергии, о самодвижущихся экипажах, устройстве материи и прочих скучных взрослых вещах. Я совсем потерял нить разговора и стал смотреть в окно. А там было, на что посмотреть – мы огибали северный край острова, место, на котором никто из нашего народа не бывал никогда. И вдруг я увидел такое, что не поверил своим глазам.