Ошибка сказочника. Школа Бессмертного

Ближе всего я подобрался с этим к Александру Сергеевичу. Он оказался самым восприимчивым, он почти уже был готов… Чуть-чуть оставалось… Если бы не Дантес…

– Да кто этот Пушкин, о котором ты всё время талдычишь? – не выдержала Марья.

– Великий поэт и один из лучших сказочников своего времени. Ты ведь помнишь, Костя? «У Лукоморья дуб зелёный…» – негромко продекламировал Бессмертный.

– «Златая цепь на дубе том…» – автоматически подхватил Костя.

– «И днём, и ночью кот учёный всё ходит по цепи кругом», – завершил Бессмертный.

Баюн заинтересованно поднял голову, прищурился лениво. – Он хорошо слушал, Александр Сергеевич. Многое запомнил. Но так и не успел добраться до главного. Дуэли, стихи, карты, барышни – вечно его что-то отвлекало. А ты успел. Потому что тебя я вёл с самого начала.

– Как это – с самого начала?

– Долгая история. Я тебе потом как-нибудь объясню. Суть в том, что я приехал в Волхов, как только узнал, что там родился очередной потомок. Это давало мне хороший шанс.

Я приставил к тебе Лизу…

– Вы? – перебил Костя. – Вы приставили ко мне Лизу? Зачем?

– Чтобы она погрузила тебя в нужные сказки с самого младенчества, настроила восприятие определённым образом. Когда ты пришёл ко мне, ты ведь уже был почти готов – не так ли, Костя? Ты поверил почти сразу – легко, без сопротивления. И Третий мир открылся тебе в колодце.

Костя слушал, медленно кивая головой. Да, теперь всё становилось понятным. Теперь почти всё сошлось. За исключением, может быть…

– А вот то, что я выжил… когда в меня стреляли… что я… ну, бессмертный, что ли… как вы, – затруднённо выговорил Костя, – это как-то связано с тем, что я потомок сказочника?

– Нет, – качнул головой Бессмертный, – это совершенно точно с этим не связано.

Как я уже сказал, потомков сказочника было много, и все они давно и благополучно преставились. Твой случай явно связан с чем-то, что произошло уже здесь, в этом мире. Подумай, не было ли с тобой здесь чего-то особенного? Что как-то выделялось бы на фоне прочего?

Костя пожал плечами.

Да всё случившееся с ним здесь легко можно считать «чем-то особенным», включая сам факт нахождения здесь. Что на этом фоне можно выделить, он даже не представлял.

– Какие-то манипуляции с тобой? – настаивал Бессмертный. – Какое-то вторжение в организм? Колдовство? Операция?

– Нет, – Костя качал головой, – не было ничего, кажется. Ой! – вспомнил он. – Да, точно. Было кое-что.