Конаково. Хроники одной любви

Такого замечательного компота он ещё не пробовал. Кисло-сладкий сбалансированный вкус бархатом обволакивал язык и горло, тёплой волной вливаясь в желудок.

– Остынет, ещё вкусней будет! Вечером придёшь, будем сборную солянку делать!

– Из капусты?

Варвара звонко рассмеялась и потрепала парня по волосам.

– А что останется, из того и сделаем.

***

Ближе к вечеру, Максим узнал имя и номер комнаты девушки с прозрачной кожей. Она оказалась одногруппницей Миши Болтарёва, того самого, который заснул вчера на унитазе.

Возвращаясь с ужина, Максим решил подойти и познакомиться с ней, но Мишка опередил его, обняв девушку за талию и проводив в корпус.

Позднее, весной, они всё-таки сблизились. Оба экстремальные романтики, они любили сидеть на крышах высоток, свесив ноги вниз, исследовать чердаки и подвалы. Когда она сообщила ему, что подруга уехала на три дня к родителям, Максим всерьёз рассчитывал, наконец, познать последнюю ступень взрослого секса. Но полупрозрачная девушка, пребывая в плену девичьих дефлорационных мифов, выпила таблетку обезболивающего и две таблетки Элениума.

Нализавшись и наобнимавшись с неподвижной мраморной статуей, он уехал в три часа ночи, так и не став мужчиной. Галатея потом долго звонила и умоляла встретиться, но напоминание о его мужском бессилии злили Максима, и от встреч он уклонялся.

А тем временем, кафедра физкультуры совсем потеряла совесть, и что ещё хуже – страх. На кухне он поселился, и только дружба с Варварой, которая не оставляла надежды сделать его мужчиной, позволяла избегать бесконечного мытья посуды и чистки картофеля.

Изнурительные тренировки, сменялись изматывающими марафонами по морозному лесу. И над всем этим довлела угроза отчисления.

Максим решил предостеречь своих преподавателей от неоправданных шагов. Взял с собой полупрозрачную девушку и повёл показывать её деревенским. Жалуясь на ужасный запор, который якобы и довёл бедняжку до такого состояния, Максим собрал с сердобольных жителей несколько упаковок слабительного, которые растолок в ступке и вечером размешал в тарелках преподов.

Утром воспитатели не пришли на пробежку, которая в связи с этим отменилась, а к обеду вышел только один из них, и, налив компот из кастрюли, исчез до вечера.

Не известно, какие выводы сделала кафедра физкультуры, но с того дня Максим перестал для них существовать. Его просто не замечали, и он благополучно завершил своё первое пребывание в Конаково.