Опасные соседи

– Пару раз. В конце учебного года.

– И ты не сказал мне?

– Он велел мне не говорить тебе.

– Черт побери, Марко! – Она лупит кулаками по земле. – Что произошло? Куда он тебя отвозил?

– Никуда. Просто гулял со мной.

– А еще?

– Что еще?

– Что он сказал? Чем он сейчас занимается?

– Ничего такого. Просто он в отпуске. Со своей женой.

– И где он сейчас?

– Все еще здесь. Он здесь на все лето. В доме.

– В доме?

– Да.

– Боже, Марко! Почему ты не сказал мне раньше?

– Потому что я знал, что ты распсихуешься.

– Я не распсихуюсь. Посмотри на меня. Я совершенно спокойна. Я всего лишь сижу здесь на жесткой, мокрой земле под эстакадой, и нам негде спать, а в это время твой отец всего в миле отсюда и купается в роскоши. С какой стати мне психовать?

– Извини, – сердито произносит он. – Ты сама говорила, что больше не желаешь его видеть.

– Это было, когда я не спала под эстакадой.

– Значит, ты хочешь увидеть его снова?

– Я не хочу его видеть. Но я должна что-то придумать.

И он единственный вариант. По крайней мере, он может дать денег, чтобы я могла вернуть свою скрипку.

– О да, потому что тогда мы разбогатеем, верно?

Люси невольно сжимает кулаки. Ее сын имеет привычку облекать неприятные вещи в слова, а затем хлестать ее ими по лицу.

– Сейчас середина июля. Все школы в Англии и Германии закрываются на каникулы. Здесь будет вдвое больше туристов. Мы быстро заработаем денег, чтобы добраться до Англии.

– Почему ты не хочешь попросить отца оплатить нам дорогу? Тогда мы просто взяли бы и поехали.

Я очень хочу в Лондон. Я хочу уехать отсюда. Просто попроси его дать нам денег. Почему ты не можешь это сделать?

– Потому что я не хочу, чтобы он знал, что мы уезжаем. Никто не должен об этом знать. Даже бабушка. Ты понял?

– Понял, – кивает Марко.

Он угрюмо насупился и опустил голову, и она видит спутанные волосы на его затылке. Они спутались за неделю, когда они остались без крова. Ее сердце пронзает жалость к сыну.

Она легонько сжимает пальцами его худую шею.

– Потерпи, мой прекрасный мальчик, – говорит она, – мне очень жаль. Завтра мы увидим твоего отца, и тогда все образуется, клянусь.

– Да, – огрызается он, – но наша жизнь больше не будет нормальной. Ведь так?

Так, думает она про себя. Скорее всего, не будет.

6

Первой появилась Берди. Берди Данлоп-Эверс.

Моя мать где-то когда-то познакомилась с ней. На какой-то тусовке.