Я за твоей спиной

Тогда точно не стеснишь. Я всегда в спортивных брюках и в футболке. Даже из душа выхожу полностью одетым или в махровой простыне от макушки до пяток. Вид целомудренней, чем у монаха. Так что ни ты, ни я не будем в смущении.

– Андрей, не увиливай. Не теряй, так сказать, нить разговора. Зачем тебе я?

Он теперь смотрел настороженно. Немного отодвинулся и сложил руки на груди. Но взгляда не отводил. Смотрел не таясь.

– Дело в том, Лиза, что проблемы не только у тебя. Я тоже не без изъяна. У меня есть секрет, который я скрываю ото всех.

– Обещаю, Андрей.

– Тогда вот тебе мой секрет. Я – алкоголик.

– В каком смысле?

– В самом прямом.

– Вот мы сейчас пили кофе, перегаром от тебя не несёт. Мне кажется, что алкоголизм это что-то другое, ты не находишь?

– Ты права и не права одновременно. Видов алкоголизма очень много. Ты описываешь один вариант, а у меня другой.

– Какой?

– Я не пью на работе и в дороге совсем. Даже пиво или вино. Но когда приезжаю домой, захожу в спальню после душа, открываю бутылку водки и напиваюсь прямо из горлышка, не закусывая. Потом ложусь спать. Просыпаюсь, снова пью водку, и снова ложусь спать. И так трое или четверо суток.

Пока он рассказывал о запое, его взгляд стал тусклым. Андрей словно истончился. Стал каким-то прозрачным. И в голосе звучала такая тоска, словно из него ушла вся радость и жизнелюбие.

– А потом что?

– Иду в душ, пью сорбенты, кефир. Варю суп, стираю бельё. Потом прихожу в себя, решаю бытовые вопросы. Сухую одежду собираю в сумку и еду на работу.

– А почему? Так тянет напиться?

Он нахмурился и взъерошил волосы нетерпеливым движением. Откинулся на спинку дивана.

– Веришь, совсем не тянет. Я и не вспоминаю про алкоголь. Даже захожу домой спокойно. Иду в душ, моюсь. А потом наступает красный коридор. В фокусе только бутылка водки.

– Андрей, даже не знаю что тебе сказать.

– Только не говори, что надо идти к врачам и со всем можно справиться. Матушка уже задрала. Я, по её рекомендациям, у кого только не был. И психиатры, и наркологи, и… да куча разных. Даже к бабульке какой-то ездил. Толку-ноль.

– Да я не про это. Я тебе сочувствую очень. Давно ты так живёшь?

– Больше двух лет.

– Андрей, даже не знаю чем помочь.

– Поживи у меня. Это реальная помощь. Я в запое вообще ничего не помню.