Беглянка

Костюм выглядел не очень удачно скроенным, был измятым и пыльным и, скорее всего, единственным в гардеробе своего хозяина. Образ дополняла белая рубашка, узкий черный галстук прямиком из восьмидесятых и потертые коричневые ботинки. Я чувствовала взгляд мужчины на себе, пока садилась, но потом краем глаза увидела, что он снова повернулся к своему стакану. «Военная куртка делает свое дело», – подумала я.

– Что будете? – спросила женщина за стойкой.

Что пьет Амелия Кин? Таня любила пиво и бурбон. Они теперь не годятся.

– Джин с тоником, пожалуйста.

– Есть предпочтения?

«Со временем предпочтения должны появиться», – подумала я. Увы, пока их не было.

– Удивите меня, – сказала я.

– Явно не самый дешевый. – Она взглянула на меня оценивающе.

– Верно, – ответила я. – Зачем начинать со дна? Всегда успеешь туда упасть.

– Тогда «Бомбей»?

– Давайте.

Она налила мне большую порцию, и я бы только обрадовалась, люби я джин, однако он оказался слишком крепким и, судя по вкусу, мог бы сойти за лекарство от кашля.

И все же я его выпила, мысленно уговаривая свои вкусовые рецепторы подстроиться.

– Блю, можно мне еще? – спросил Плохой Костюм, кивая на пустой стакан.

Думаю, женщина получила имя Блю за свои льдисто-голубые глаза. При этом она, словно желая их скрыть, не пользовалась даже тушью для ресниц. Трюк не удался. На самом деле единственным намеком на тщеславие Блю служил легкий вишневый блеск на губах. Ее густые светлые волосы были заплетены в строгую косу, лежавшую на спине.

Выбрав занятие, в котором чаевые могут напрямую зависеть от внешности, Блю, очевидно, не намеревалась вытягивать из клиентов лишние деньги.

Под потолком работал телевизор с выключенным звуком, в перерыве новостного выпуска показывали рекламу какого-то модного автомобиля.

– Стал бы я миллионером, в первую очередь купил бы себе такой, – сказал Плохой Костюм то ли Блю, то ли мне, то ли сам себе.

– Если бы стал миллионером, – ответила Блю. – Когда говоришь о гипотетических ситуациях, нужно использовать сослагательное наклонение.

– Почему ты вечно указываешь мне, как надо говорить? – спросил Плохой Костюм.

– Я всего лишь поощряю уважение к родному языку.

– А я и так его уважаю до одури. Но раз ты так любишь раздавать задания по грамматике, почему бы не заделаться школьной учительницей?

– Я подумаю, – отрезала Блю.

Открыв газету, я начала просматривать объявления о работе. Похоже, я ни для одной не подходила.