Поэзия зла

Нет и страха перед человеком, который, вероятно, мог меня преследовать. И тому есть веская причина. Мне просто легче смотреть в глаза убийцы, чем позволять ему следить за мной из тени. В тот момент, когда срываешь со своего противника маску, ты начинаешь понимать его – и побеждать.

Ньюман стоит у своей кафедры, перебирая бумаги, и, по-видимому, не обращает на наше приближение внимания, но я знаю, что это не так. Есть неприметные знаки, которые выдают его осведомленность. Застывшая, неподвижная спина. Не вполне естественный автоматизм движений.

Еще один красноречивый признак – это то, что эту свою позу он сохраняет на протяжении всей нашей довольно продолжительной прогулки вниз и к нему. Все это говорит о том, что он защищает себя от наших испытующих взглядов, препятствуя возможности подробно изучить его черты и внутреннее смятение.

Мы как раз подходим к подиуму, когда он перекидывает через плечо ремень сумки и поворачивается в направлении выхода, вроде как собираясь уходить.

– Ньюман Смит? – окликаю я, вынуждая его остановиться.

Он приостанавливается вполоборота, словно отказываясь разворачиваться, но с видимой неохотой одолевает свое упрямство. Наконец опять выпрямляется за деревянной тумбой своей кафедры. Сейчас мы с Лэнгом находимся напротив, но именно на меня направлены острые зеленые глаза Ньюмана; они как будто наносят удар. В эти мгновения я ожидаю напора того самого зла. Это знакомое чувство я в себе даже приветствую, хотя проникнуться им нелегко. В нем есть что-то противоестественное, сродни примитивному мазохизму.

У нормальных людей так быть не должно.

– Кто вы и что вам угодно? – глухим неприязненным тоном спрашивает он.

Если он меня и знает, узнавания в его глазах нет. Впрочем, это вполне может быть подготовленной, даже отрепетированной, реакцией.

Я показываю свой значок.

– Детектив Саманта Джаз. А это, – я указываю на Лэнга, – детектив Лэнгфорд. Мы хотели бы задать вам несколько вопросов.

– Если это про ту вечеринку, в которой участвовали некоторые из моих студентов, я уже рассказал полиции все, что знаю.

– Это они четыре дня назад убили в книжном магазине человека? – жестким тоном спрашивает Лэнг. – Если так, то да, по этому поводу мы и пришли.

Лэнг верен себе. Хватать за грудки в образе плохого копа, в то время как я наблюдаю и разыгрываю из себя хорошего, в стратегически верный момент.

На скулах Ньюмана проступают пятна убедительного румянца.

– Как?.. Какой печальный оборот.