Бессердечные изгои. Безжалостный соперник

Родители мамы умерли, как и Кит Олсен, и Сергей из гастронома через квартал, и Тэмми, проститутка, которая жила в палатке в парке Риверсайд. И на похоронах я был. Но эта девочка, потерявшая своего брата… Это было странно для меня. Дети нашего возраста не умирают просто так. Даже смерть Кита Олсена вызвала волнения в Хантс Пойнте, а там у нас была довольно жесткая и непробиваемая толпа.

– Как это произошло? – Я поудобнее устроился на каменной плите Гарри Фрейзера, прищуривая глаза, смотря на нее, чтобы она знала, что я все равно за ней слежу, даже если ей грустно или еще что.

Она барабанила пальцами по своей коленке, на которой была отвратительная глубокая рана. Она наверняка, как и я, перелезла через ворота, чтобы попасть сюда. Так как кладбище было частным, сюда нельзя было пробраться, просто взломав замок. Нужно было позвонить охране, чтобы тебя впустили. Мое плохое впечатление о ней сменилось на вынужденное уважение. Даже девчонки из моего района, которых сложно было девочками назвать, не перепрыгнули бы через ворота. На воротах были острые металлические выступы, и они были высотой примерно в восемь футов.

– Он умер во сне, когда мы были еще младенцами, – ответила девочка.

– Это и правда отстойно.

– Да уж. – Она плюхнулась на землю, нахмурившись. – Когда-нибудь задумывался, почему мы это делаем?

– Умираем? Не думаю, что это специально, – проговорил я.

– Нет. Хороним мертвых.

– Я не особо думаю о таких вещах, – мой голос стал тверже.

– Сначала я думала, что это как сажать семена, и тогда надежда сможет расцвести.

– А теперь? – Я вытер пот над бровью. Она выглядела умной. У многих детей нашего возраста ум был как у домашнего растения.

– Теперь я думаю, что мы хороним их, потому что не хотим делиться миром с ними. Это так больно, – сказала она.

Я все еще хмурился, пытаясь придумать, что сказать.

Я очень хотел пить, но не хотел двигаться. Было такое чувство, что я на каком-то тесте. Или конкурсе. Это была моя территория. Мое кладбище на лето. Я не хотел, чтобы она думала, будто могла приходить сюда и красть мое место, с мертвым братом или нет.

Но было и еще кое-что. Я не знал, что это. Может быть, в конце концов было не так уж плохо – не быть одному

– И что? Ты так и будешь стоять и пялиться на меня? Делай что хотела, – я затянулся окурком, пытаясь поджечь его зажигалкой, которую на днях мистер Ван уронил в общем коридоре.

– Да. Ладно. Только не отвлекай меня, ты… фрик. – Она нервно махнула рукой в мою сторону.