Бессердечные изгои. Безжалостный соперник

Он пожал плечами, как бы говоря: «И что ты сделаешь?»

– Вы солгали? – надавила я.

– Почему же, это было бы очень нечестно. Я старший юрист.

– Значит, вы…

– Адвокат мисс Гиспен, верно, – закончил за меня Кристиан, сняв бушлат и выставляя серый дорогой строгий костюм на всеобщее обозрение.

Двери лифта открылись как по расписанию. Кристиан пропустил меня вперед, его манеры были безупречны, его ухмылка невыносима. Было удивительно и странно, как он из потенциального отца моих гипотетических детей превратился в огромного плохого волка за каких-то шестьдесят секунд!

– Третья дверь направо, мисс Рот.

Я буду буквально через минуту, – проговорил он.

– Жду с нетерпением, – ответила я, сладко улыбнувшись.

Я позволила ногам нести меня к нужной двери, не собираясь оборачиваться и стараясь собрать все мысли в кучу. Все это время я чувствовала покалывающий спину и затылок взгляд Кристиана. Он смотрел коварно, оценивающе и с расчетом.

Этот мужчина воспользуется любой моей слабостью, которая откроется ему, я точно знала это.

Один-ноль в пользу команды соперника.

– Спасибо большое, что нашла время быть здесь, милая. Я знаю, как ты занята, и я… Что ж, мне неловко. – Папа сжал мою руку, когда я села позади него. Мы сидели за овальным столом в комнате для переговоров компании «Кромвель & Трауриг». То, что Аманда Гиспен была настроена решительно, сказал мне интерьер комнаты: подвесные потолки, парадные лестницы, итальянский мрамор со вставками розового золота и держатели для ручек, изготовленные из латуни.

Наверное, она продала парочку внутренних органов, чтобы ее представлял сам мистер Миллер.

– Не глупи, папа. – Я погладила его ладонь большим пальцем. – Через пару часов мы забудем об этом, как о страшном сне, и вернемся к обычной жизни. Это ужасно, что тебе приходится разбираться с этим, – проговорила я.

– Это часть работы, – вздохнул он.

Теренс и Луи, папины адвокаты, сидели по правую сторону от него.

Они уже что-то записывали в блокноты. Адвокаты оживленно переговаривались друг с другом, не обращая на нас внимания. Когда все только началось, они объяснили, что жалоба против моего отца была подана через КСРТ. Видимо, это посредничество было частью согласительной процедуры комиссии.

Посредником была суровая женщина с седыми волосами, одетая в черное платье с круглым воротником. Она печатала что-то на своем ноутбуке, уже ожидая истца и ее команду.