Дьявол носит чёрный

Повисла неловкая пауза, во время которой Кэти, наверное, хотелось умереть, мне кого-нибудь прикончить, а Мэдисон… кто, черт возьми, разберет, что она чувствовала в этот момент?

– Что ж, – мама хлопнула в ладоши с веселой улыбкой, вырывая нас из задумчивости, – оставим вас, влюбленные голубки, в покое, чтобы вы могли обустроить свое гнездышко. В десять у нас поздний ужин. Ничего формального, просто поужинаем и поболтаем. Будем рады вашему присутствию, если вы не слишком устали.

Мама в последний раз сжала руку Мэдисон, прежде чем выпроводить мою сестру из комнаты и закрыть за собой дверь.

Я убрал руку с плеч Мэд, и в то же время она повернулась, со всей силы наступив мне на ногу. Потребовалась секунда, чтобы осознать, что ее нога стоит на моей. Она практически ничего не весила. Вся тяжесть заключалась в ткани и аксессуарах, которые она, вероятно, нашла на распродаже.

– Мы не будем жить в одной комнате. – Она наставила палец на мое лицо. Я слегка ослабил галстук, неторопливо пробираясь в гардеробную, в которой меня ждал полноценный набор костюмов, подходящих для всех сезонов.

Я знал, что она последует за мной.

– Перепроверь факты, Мэдисон, потому что все выглядит так, что будем.

– В этом доме около трехсот комнат. – Она шла за мной по пятам, размахивая рукой.

– Двенадцать, – поправил я, открывая ящик с часами. «Ролекс» или «Картье»? Правильный ответ – те, что легче, на случай, если снова придется обнимать Мэд за плечи. Я знал, что придется, хотя бы ради того, чтобы притвориться перед моим стариком, будто я от нее без ума, и прикосновения, к сожалению, являлись частью представления.

Если, увидев Мэдисон, он будет хоть наполовину так же счастлив, как мама и Кэти, место на небесах мне обеспечено.

Боже, надеюсь, сегодня подают выпивку.

– Все еще достаточно, чтобы я могла спать отдельно. – Боковым зрением я заметил, как Мэдисон уперлась бедром в полки. Узкая талия. Широкие бедра. Вовсе не так непропорционально, как у семьи клонов из реалити-шоу. Она потрясающе женственная.

Все в ней такое нежное, миниатюрное и округлое. Интересно, ценит ли это доктор Паинька?

– Почему два влюбленных голубка вроде нас должны спать в разных комнатах? – Я задвинул ящик и принялся раздеваться. Уверен, Мэд в состоянии отвернуться, если моя частичная нагота каким-то образом ее оскорбит. Не то чтобы у меня было что-то, чего она раньше не видела. Вблизи.

– По множеству причин, – сказала она, затаив дыхание и щелкнув пальцами. – Целомудрие.