Индиго

Блэйк кивнул, потирая шею.

– Будет хуже. Дело в том, что Уилл и Фэллон обручились. Хорошо, что он не сказал этого нам, когда мы… – Он так и не закончил предложение, и я знала, что лучше не спрашивать.

Все снова уставились на Алекса. Впервые с момента нашей встречи он выглядел счастливым, делая селфи с двумя девчонками в брекетах.

– Алекс использует это в качестве оправдания за пьянку и наркотики. – Лукас ударил кулаком по бедру.

Блэйк снял пальто.

– Да, я не порадовал Джейс и не стал спрашивать об этом, но если это так, новость появится в вечерних газетах.

Дженна разговаривает со своими людьми в прессе, пытается оттянуть время публикации.

Фэллон была слабостью Алекса. Я не знала ее, никогда не следила за сплетнями о знаменитостях, но мне было известно, что последние пару лет Уилл Бушелл – заклятый враг Уинслоу.

– Нам нужно держать его подальше от Интернета и газет, – сказал Лукас, соглашаясь с ним. – И удостовериться, что рядом с ним нет папарацци или журналистов.

– Второе особенно заманчиво. Алекс известен своими двусмысленными ответами. Но как ты удержишь его от выхода в онлайн?

– Ты придумаешь что-нибудь, с чем он не сможет поспорить. – В голосе Лукаса звучала паника, и я постаралась собрать все воедино.

Блэйк преувеличенно вздохнул.

– Иногда мне кажется, что я воспитываю ребенка. Помнишь тамагочи? Алекс равен сотне этих штук, висящих на шее.

Спустя пять минут британский тамагочи вошел внутрь, и Блэйк вручил мне электронный ключ от номера и предупредил, что нужно быть в холле в шесть вечера.

Вообще-то, как он объяснил, они уже много репетировали, но нужно проверить звук и удержать исполнителя в трезвом состоянии. Когда я вошла в свой номер – весь этаж выделили для Алекса Уинслоу и его команды – первое, что я сделала – упала на королевского размера матрас и, визжа от восторга, сделала ангела. Только не снежного, а постельного получается. Я сжала атласные простыни в руках и застонала. Каждый мускул моего тела находился в напряжении после долгого полета, и я даже не обратила внимания на мраморные полы или висящие на стенах фрески с изображением пустыни, обрамленные в золото. Все, чего мне хотелось – уснуть сейчас и проснуться через три месяца.

Телефон завибрировал в руке. Я посмотрела на него, сузив глаза, будто он живой и мы только что горячо спорили. Лукас помог мне подключить сеть и Интернет. Не то чтобы это имело значение.