Индиго

– В смысле, боже милостивый, ты не можешь вот так врываться без предупреждения… – бормотала я себе под нос, чувствуя, как краснеют уши.

Не смотри на него. Ты опять будешь глазеть на его хозяйство.

– В отеле, по каким-то непонятным причинам, сегодня не работает прачечная, а Блэйк слишком занят тем обстоятельством, что мой член приобрел большую известность, чем семейство Кардашьян. Мы называем скандал «Членогейт»[18 - Игра слов, аллюзия на политический скандал в ходе президентской избирательной кампании в США в 1972 г.

, произошедший в отеле «Уотергейт».]. У меня нет чистых футболок для завтрашнего шоу. – Он поднял кусочек черной ткани, зажатой в кулаке. Ха. Блэйк устранял шумиху, которую сам же устроил. Ирония не осталась незамеченной. Я повернулась к Алексу так, чтобы не замечать его груди. У него была самая яркая татушка, которую я когда-либо видела. Черный ворон, чьи поломанные крылья рассыпались на перышки и покрывали его ребра и спину. Символизируя темного, искалеченного ангела, которым он являлся. Я выбросила осколки в мусорку.

– У тебя разве нет рабочего персонала, который может этим заняться? В Сиднее, кажется, ты был окружен такими ребятами. – Я снова прикусила губу. Телефон вибрировал на кухонном уголке, где я его оставила. Я знала, что звонит Нэт. Она, скорее всего, проснулась и хотела узнать, как у меня дела. Меня бесило, что я ей не отвечаю, но она не должна знать, как мы тут мило беседуем. Нельзя предсказать, что вылетит изо рта этого человека.

– Есть.

Мне не нравится с ними разговаривать, – ответил Алекс.

– Уверена, что и я не самый желанный собеседник.

– Ни хрена ты не знаешь. – Он постучал по носу и вскинул брови, словно делился ценнейшим, воодушевляющим советом. – А еще, кажется, ты попала в прачки к Алексу Уинслоу. Поздравляю и добро пожаловать.

– Можешь передать Алексу Уинслоу – о ком говоришь в третьем лице по непонятным мне причинам, – что стирать его белье в мои обязанности не входит. – Я скрылась в огромной ванной, выполненной в римском стиле, и вновь появилась с полотенцем, чтобы вытереть пол на кухне.

Алекс как будто прирос к одному месту. Я бы с удовольствием выкорчевала его голыми руками. Если бы он немного сдвинулся, я бы не задела его плечом, протискиваясь мимо. Но, конечно же, Алекс оставался неподвижен. Наши тела соприкоснулись. Я бросила полотенце на пол, не обращая внимания на раскаленные нервы в месте прикосновения, и стала носом ботинка возить полотенце по полу.