Кровавая месть

На голове дракона стоял мужчина, одной рукой держась за огромный рог дракона, он повернул голову в сторону ахшанской каракки. Рейнира прошиб холодный пот, по спине побежали мурашки. От таинственного человека шла невиданная, жуткая мощь, обещающая всем только смерть, страшную и мучительную. Черное судно стояло неподвижно, корсар переводил взгляд с одного на другой ахшанские корабли, выплывающие из тумана. Черный бриг был один, южных судов было около десятка, но ни у одного из их капитанов и в голову не пришло атаковать.

Они удирали подальше от жуткого противника, те, которые по роковой случайности выплыли прям напротив Дракона, разворачивались и плыли обратно в туман и горящий ад.

После, на столе эмира Рагира эль Рэшида, главнокомандующего ахшанской армии, лежала целая стопка рапортов от уцелевших капитанов, их офицеров, и даже нескладные письма простых матросов, о том что на них напал ужасный морской змей Азур, проснувшийся, очень злой и голодный. Явный бред этих отчетов бесил главнокомандующего. Но в глубокую задумчивость и крайнее беспокойство ввергало, в общем-то, очень схожее содержание всех писем, в том числе с кораблей прибывших в разное время, что исключало возможность договоренности.

Так же его беспокоило то, что арестованные за дезертирство капитаны не сопротивлялись, а лишь тряслись как полоумные и кричали, что Азур восстал и гневу его несть предела. Все это походило на массовое умопомешательство, а не на заговор.

– Господин, еще один капитан прибыл и просит аудиенции.

– Пусть войдет.

 – В кабинет вошел мужчина средних лет с почти седой головой, явно напуганный и очень возбужденный.

– Рей! Входи друг. Что с тобой, ты лет на десять постарел! Может хоть ты, черт возьми, расскажешь мне что за дьявол вас так потрепал и напугал. Я уже устал от однообразной болтовни о драконе, спалившем пятьдесят кораблей. Что там произошло.

– Боюсь что мало чем смогу тебя удивить и утешить,– грустно усмехнулся капитан,– может это и звучит как бред, но выглядело именно так. – Рейнир рассказал о странном тумане, черном бриге, драконе и мужчине, от вида которого кровь стынет в жилах.

– Конечно спалил он только около двадцати кораблей, остальные из-за тумана не видя друг друга порасшибались сами. Но ад, скажу тебе, был кромешный.– Закончив свой рассказ, моряк молча глянул на эмира. Тот был мрачнее тучи и задумчиво глядел в окно. Потом капитана увели, и через три дня, вместе с еще двенадцатью отважными командирами, был повешен за дезертирство и ересь.