Сказочные люди

– Так что, гордец? Готов спасти ее? Это может показаться смешным, но разве ты не верил всегда в чудеса науки? Дай мне руку, и Дельфина будет спасена, но ты – готов ли ты отказаться от нее? Готов ли ты сейчас отдать мне свой человеческий облик?

– Человеческий облик? – Кларку стало совсем не по себе. Что за странная старуха? Что она ему предлагает?

– Да, человеческий облик, и перестань задавать вопросы. Что для тебя любовь? Счастье или счастье рядом с тобой?

– Счастье, – Кларк хотел ответить правильно и чувствовал, что это верный ответ, но чувствовал иначе.

Красавица Дельфина так долго была с ним, он был ей унижен много раз, но не поддался на провокации, а терпел, стараясь изо всех сил привлечь ее необычной реакцией. И вот получилось – они столько лет вместе. Пусть она считает его только другом, хотя каждому понятно, как он к ней относится, но раз так – хорошо. Она все равно не с ним. И это будет красиво и необычно – пожертвовать собой ради жизни музы.

Он ведь и правда никогда не совершал ради Дельфины больших поступков, которые доказали бы, как он ее любит.

Пускай этот поступок станет главным поступком в его жизни! Ради жизни девушки, которую он любит! Его будут помнить, как храброго и сильного духом! А Дельфина будет с ума сходить от тоски по нему. Это будет красивая любовь!

– А зачем это вам? – вырвался вопрос сам собой.

Старуха, казалось, любит отвечать на вопросы только такого рода:

– Я – коллекционер. Собираю чужие пороки, страсти, маски. Масок любви самое большое количество.

– И что вы с ними делаете?

– Изучаю.

– И все?

– А ты не считаешь, что вопросов уже много?

– Простите. Так… что нужно делать?

– Дай мне руку.

Кларк посмотрел на протянутую морщинистую руку старухи.

– Не спросишь, что будет после этого?

– Вы же не разрешаете.

Старуха усмехнулась.

– Каких животных любишь? Кем бы хочешь стать?

– Что? – Кларк не мог скрыть удивления.

– Понимаешь, какая штука – могу, конечно, оставить тебя и в человеческом облике, но ты не думаешь, что твоя красавица Дельфина сможет общаться с тобой, как прежде, когда ты станешь уродцем? Притом я не знаю, как именно скажется наше соглашение, этот процесс не в моей власти, хотя любому ведь хочется управлять своим маленьким миром? И почему никто не хочет оставаться человеком, хоть и уродливым? Почему никто не помнит про Квазимодо? Все так хотят быть милыми даже, когда теряют лицо? Так что выберешь?

Кларк сомневался.