Допра. Книга 1. Мечи Нейгаруса

Я обратился к Глобсис с запросом по «пушистому спасителю», и на его огненно-рыжей мохнатой туше золотистым неоном пробежали слова:

«Имя: неизвестно, вид существа: вампал, уровень: 954, системный номер: 452-952-358-781-854, категория опасности: второй класс угрозы – высокий риск».

Зверь не обращал на меня никакого внимания. Он скалился на старух, демонстрируя внушительного размера белые клыки. Похоже, что существо не настроено агрессивно по отношению конкретно ко мне. Да и как могло быть иначе, ведь, получается, хищник помог выбраться из болота.

Я осмотрел ногу. Скафандр в месте ранения оказался поврежден. По разодранным краям материи пробегали голубоватые электрические всполохи. Костюм сам себя пытался «заштопать». С бедром всё обстояло хуже. Кровь густо текла из рваной сквозной раны.

«Перетянуть правую ногу выше зоны повреждения скафандра», – отдал я приказ своему костюму, и почти мгновенно ощутил сдавливающее воздействие на бедро в указанном мной месте. Вот. Так лучше. Кровь начала останавливаться.

Теперь дело за симбионтом. Через несколько часов не будет и воспоминания о ранении.

Могучий зверь своим телом отгораживал меня от шипящих тварей. То одна, то другая старуха стегала хвостом вампала. Он отбивал эти атаки едва уловимым мощным ударом свободной передней лапы или хватал зубами прыгающих на него тварей. Хищник раскатисто рычал. Я, поднявшись на ноги, сдёрнул с магнитных держателей испачканные в трясине клинки Нейгаруса и тоже вступил в бой. Ну, как вступил. Делал всё, что мог.

Скорее добивал то, что оставалось после зверя, или подсекал старух на подлёте.

С таким грозным «пушистиком» дело шло весело. Во мне дьявольски кипела злость. Если бы не надетый в этот момент шлем, я, наверное, как вампал, рвал бы тварей зубами. Старухи, владеющие сильными псионическими способностями, выставили меня полным дебилом. Ментальный контроль этих существ здорово напоминал принцип действия рабского ошейника, который я двадцать лет назад снял с себя огромной радостью.

Поврежденное бедро горело.

Резкие движения отдавались острой болью в ребрах. Но ярость, вызванная попыткой «законтролить» меня, не позволяла отвлекаться на «мелкие царапины». Я с остервенением кромсал ненавистных тварей, и сам себе напоминал в этот момент больше животное, чем человека. Остановился только когда последние, сильно потрепанные в битве дракайны, уползали.

Я, тяжело дыша, без сил повалился в траву, не представляя, как этот зверь теперь поступит со мной.