Средь бесконечной череды созвездий. Книга 5.2. Захпур

Едва мои ресницы дрогнули, как погруженная в темноту боковая стенка нашего яруса кроватей качнулась и словно поплыла назад, вглубь еще более темного пространства, будто бы засасывающего ее в себя. Темная боковина погружалась в плотную черноту, удлиняя кровать и выталкивая наружу густую тьму иного измерения.

Я осторожно приподнялась на локтях.

Наблюдая, как абсолютную черноту, отгородившую пространство моей постели от всего остального мира, заставившую его звуки исчезнуть, словно прорезает темно-серая, чуть подрагивающая полоска… Света?

Не успела я хотя бы моргнуть, не говоря уж о том, чтобы как-то понять увиденное, как на фоне этого мрака возникла еще более черная фигура беспросветной тьмы, сидящая у меня в ногах и играючи приложившая острие этой самой темно-серой полоски, оказавшейся мечем, к артерии на моей шее.

– Ну что, дурачок маленький, рада? – донесся до меня чуть раздраженный шелест – шепот Целителя Звездочетов.

– Угу, – тихо и радостно промычала я, решив пока не шевелиться.

Так, на всякий…

Однако улыбка расползлась на моей физиономии от уха до уха, а глаза в прямом смысле просто сверкали от радости.

Я действительно была рада этому посетителю. Даже если он решит перерезать мне горло. Все равно рада!

– Вот я и говорю, что дурачок, – ухмыльнулся Целитель.

После чего приказал:

– Рот открой.

Я послушно распахнула его.

И тут же, по щелчку пальцев Звездочета, словно выпущенное из катапульты, в него что-то влетело, бодро застучав по моим губам хвостиком.

– М-м-мням, – радостно зажмурившись, тихонько поведала я гостю, разжевывая крупную крексину, камнем запущенную им мне в рот.

Целитель хмыкнул, начиная обратное скольжение во тьму…

Едва перестав ощущать на своей шее острие его меча, я тут же подняла бровки домиком и надула губки, при этом крепко удерживая крекса зубами, и жалобно уточнила у Звездочета, пока он совсем не растаял во мгле:

– А обним-мням-машки?

В ответ, хищно оскалившись, мне доброжелательно пообещали:

– А подзатыльник?.

И должна заметить, что выплывающие из непроглядного мрака голубовато-белоснежные острые зубы, словно висящие в воздухе, представляли собой вполне себе сюрреалистическое зрелище.

Я наморщила нос, отрицательно замотав головой в ответ на предложение Звездочета и тщательно пережевывая тушку очень немаленького крекса. Однако не забывая при этом и грустно взирать в плотную темноту.