Тень души 4

В реальном мире, знаешь ли, не существует прямых линий, даже идеальная прямая это тоже окружность бесконечного радиуса.

– Хорошо, – строго сказала мама. – Пусть они идут по кругу. Что в этом может быть интересного?

– Ну, как же! – сказал я, приподняв для значительности брови. – Это очень интересно! Умные люди морщат лбы, думают, как бы общедоступное образование сделать ещё тошнотворнее. Дети отлынивают от уроков, читают комиксы, потом статьи об историях успеха других мечтателей и тоже мечтают, пробуют что-то изобретать…

– О, да, это очень интересно! – саркастически воскликнула мама.

 – А потом про них сочиняют комиксы и пишут статьи? Или нет! Они становятся очень умными и думают, как сделать образование ещё противнее?!

– Да не в этом дело, – махнул я ладонью. – Вот смотри, слепые ведут слепых. Запинаются, падают, поднимаются…

– И? – мама снисходительно на меня посмотрела.

– Они должны идти не по кругу, а по сужающейся спирали, – многозначительно проговорил я. – Истории должны сокращаться и упрощаться.

Такова логика стремления энтропии к максимуму. Люди существа ленивые. «Живи быстро, умри молодым».

– А они всё-таки идут по кругу? – иронично приподняла мама тонкую бровь.

– Хуже. По расширяющейся спирали, – заявил я серьёзно. – В целом истории успеха упрощаются и сокращаются, но иногда случается нечто необычное, что рывком переводит развитие будто бы на другую орбиту. В принципе всё нормально, любые самые маловероятные события должны когда-нибудь случаться, но возникает всё-таки ощущение, что человечество от кого-то регулярно получает направляющие пендели.

– Это уже интересней, – задумчиво согласилась мама. – И ты нашёл такие примеры?

– Да, несколько, – сказал я, скромно потупившись. – Понятно, что это только предположения…

– Интересно посмотреть, – проговорила она. – Отправь, пожалуйста, мне на почту.

– Хорошо, – ответил я, покраснев, как пацан. – Если что-то будет непонятно, обращайся без стеснений…

Мама вдруг прыснула чаем и весело воскликнула:

– Сынок! Ты кому это сейчас сказал?!

– Извини, – буркнул я.

 – Это я просто на всякий случай.

– Хорошо, – добродушно сказала мама, вытирая губы салфеткой. – Если действительно обращусь, с меня в выходные к чаю домашний тортик.

Я ей тепло улыбнулся и предложил уже идти культурно развиваться. Мы слушали её любимые хоры на немецком, и в начале девятого я «был вынужден просить меня простить». Во дворе только оседлал мотоцикл, приехал с работы папка.