Тень души 4

В результате разменов противник остаётся с королём и слоном против моего короля и долго пытается меня заматовать. Не, тут, понятно, средневековье, но всё равно аж самому интересно – ему что, кому-то удавалось поставить в такой ситуации мат?!

Вы, наверное, будете смеяться, вождь и хан потребовал сыграть снова, и третья партия ещё через полтора часа закончилась вничью. Боярин Ерох к тому моменту всё понял правильно – смотрел благожелательно, лукаво улыбался в бороду, к кофе подали сладких заежек.

В общем, переговоры закончились ничем, через четыре с лишним часа гости в печали убыли восвояси. Боярин приказал мне без разговоров снимать кольчугу и шлем, а то ж надолго так меня не хватит, и велел срочно меня кормить да укладывать спать прямо в шатре.

Действительно ведь ходить куда-то было ни к чему. С утра только позавтракал с боярином и Ларисой – сестрёнка прибежала меня проведать и осталась…

Вот поели. Боярин строго запретил надевать доспехи, велел усаживаться на подушки и делать умное лицо.

Ну и принесло очередную делегацию. Ерох с шутками-прибаутками разыграл вступление и подвёл к шахматам. Да гости уже прослышали о них и охотно согласились разыграть выкуп за проход.

Я сыграл вничью три партии, и настало время обеда. Меня ненадолго отпустили из шатра, но строго в сопровождении трёх дружинников. Я немного размялся и вернулся к боярину. Боярский обед даже в походных условиях произвёл впечатление. А не дурак покушать дедушка Ерох!

После обеда очередная делегация.

Новенькие сразу после приветствий спросили, где тут чудесный отрок, у которого никто не может выиграть в шахматы. Вступление, таким образом, прошло в сильно сокращённом варианте, перешли к сути, то есть к игре.

Не! А я ещё удивлялся с калмыков! Они, конечно, не печенеги, но тоже степняки и, вроде бы, тюркский народ. Если что я теперь знаю, у кого организовать раннесредневековую ФИДЕ. Ну, если вдруг понадобится.

Через три с половиной часа сильно удивлённые печенеги убыли к себе в орду несолоно хлебавши, но под впечатлением, а их сменили новые, пока недоверчивые и уже заинтригованные.

Я старательно морщил лоб, сопел и долго думал. И каждую партию сводил к ничьей. Ведь пока я двигал эти забавные фигурки, сохранялось перемирие, дружинники тащили корабли.

На четвёртый день сеанса я после завтрака всё-таки надел шлем и кольчугу. Боярин же велел собираться.