Её звали Шайнара. Книга первая. Тень

Шайнара набрала в грудь побольше воздуха, чтобы выкрикнуть следующую фразу, как вдруг увидела, что королева Семиора Благословенная поднялась с места, собираясь покинуть заседание.

– Ваше Величество! – ещё громче воскликнула Шайнара. – Простите меня! Я не знаю, как правильно говорить с Вами. Мой отец всего лишь рыбак из Морвы…

Но королева даже не посмотрела на девочку и спокойно продолжила движение к выходу.

– …его убили… и брата убили… и друзей… – сотрясали тишину зала отчаянные выкрики.

Но королева словно не слышала их.

Она удалялась как ни в чём не бывало. Знатные господа и дамы тоже устремились на выход следом за ней и делали вид, будто ничего особенного не происходит. Шайнара растерянно озиралась по сторонам и вдруг в толпе увидела знакомую широкополую шляпу. На мгновенье она встретилась глазами с Морлавом Тейном и что есть силы закричала уже скрывающейся в дверях королеве:

– Морлав Тейн! Он видел всё и может подтвердить!

Но правительница исчезла в дверях, так ни разу и не обернувшись.

За ней поспешно выходили и все остальные.

– Он обещал всё рассказать лорду Артоду… – тише произнесла девочка, а последнюю фразу она проговорила уже совсем себе под нос, – он обещал всех похоронить…

Она завертела головой, пытаясь снова отыскать глазами в толпе Морлава Тейна, но тщетно. Того и след простыл. Шайнара услышала, как восторженно завыла на улице толпа, встречая королеву, «подарившую милость простому народу» и освободившую воришек от наказания…

– Ну, ладно, – сказал главный судья, обращаясь к своему коллеге с папкой, когда в зале никого, кроме них и стражи, не осталось, – на сегодня хватит.

Здесь уже итак всё провоняло рыбой… – он брезгливо поморщился и метнул злобный взгляд на девочку, всё ещё растерянно озиравшуюся по сторонам.

Тут в зал вошёл ещё один человек. Это был начальник тюрьмы.

– Где ты был, негодяй?! – сразу набросился на него главный судья. – Почему эту морву привели сюда вместе со всеми?! Я же распорядился – только мелких воришек. А ты привёл эту малолетнюю убийцу и поставил королеву перед выбором, которого она не должна была делать! И она этого не забудет, уж поверь! И я не забуду…

– Я… – залепетал начальник тюрьмы, – п-простите, господин Оверин… П-произошла ошибка.

Её, – он с ненавистью ткнул пальцем в сторону девочки, – п-посадили в общую камеру и мой заместитель… Это о-он виноват… Я т-тоже… не доглядел… п-простите…

Шайнара слушала этот диалог, и в душе её рождалось какое-то новое чувство.