Эти спутанные узы

Но корона у тебя, так что же тебе мешает?

Себастьян несколько очень долгих мгновений смотрит Финну в глаза, и воздух словно густеет от напряжения. Эти мужчины манипулировали мной и обманывали меня, но я не хочу видеть, как они разрывают друг друга на части.

Себастьян вздергивает подбородок.

– Я не желаю тебе зла, Финниан. Этот трон был обещан мне еще до того, как я был зачат.

Финн усмехается.

– Забавно. Наш отец обещал мне то же самое.

– Оберон хотел, чтобы я правил. Он хотел объединить солнце и луну, свет и тень.

– Это он тебе сказал или твоя мать?

– Это мое право по рождению. Моя судьба.

Финн поднимает бровь.

– Твое право по рождению? Так вот почему он отдал твою корону смертной?

Себастьян бросает на Финна свирепый взгляд, а затем, так быстро, что я едва могу уловить его движение, садится на Трон Теней.

Комната наполняется чернильной темнотой безлунной ночи. Стены дрожат. Пол прогибается. Меня наполняет ужас, но я заперта в этом сосуде, в этом странном теле, в то время как дворец, кажется, вот-вот рухнет.

В тот момент, когда в комнате снова становится светло, Себастьян летит с трона на ступени основания и распластывается на них. Он тяжело дышит, его глаза широко раскрыты, но он не удивлен. Он осматривает трон с того места, где оказался на полу.

Джалек отступает от основания, глядя на Себастьяна, но переводит взгляд на Финна и спрашивает:

– Что происходит?

– Трон Теней не примет того, у кого нет силы короны, – говорит Финн, подходя к основанию трона.

– Но… корона же у него, – говорит Джалек.

– Ты знал, что так будет, – говорит Себастьян сквозь стиснутые зубы, безуспешно пытаясь встать.

Вот что я почувствовала вчера благодаря узам. Трон пытался его убить.

Финн пожимает плечами.

– Я думал о том, что это может случиться, когда Абриелла пришла ко мне во сне, после того, как связала себя узами с тобой. Корона у тебя, но уникальные силы Неблагого двора все еще у нее. А потом появились слухи, что она набросила тьму на драгоценный Золотой дворец твоей матери, и я не мог не задаться вопросом.

В конце концов, ни одному среднестатистическому фейри не хватило бы сил сделать то, что сделала она, и уйти. Не говоря уже о том, чтобы сделать это, ещё не оправившись после приема Зелья.

– Я не уйду, – говорит Себастьян. – Этот дворец в такой же степени мой, как твой, и моя гвардия сейчас марширует по столице. Скоро они будут здесь.

Финн пожимает плечами.

– Чувствуй себя как дома.