Лаил. В гости без тела

– Мама! – произнесла я, после того как мой разум и тело отошли от шока.

– Ты пришла, – с облегчением сказала мама.

Мне хотелось плакать.

– Он кинул в меня вазу, – без сил сказала она, убирая тряпку с раны.

– Надо вызвать скорую помощь!

– Нет! – из последних сил крикнула мама. – Его заберут…

Правильным решением было вызвать специалистов для мамы и брата, на такое нельзя было закрывать глаза, но я не хотела спорить с мамой в таком состоянии. Да и, осмотрев рану, можно было увидеть, что она была неглубокая, крови почти не было, и я сама смогла помочь маме.

А насчет брата я решила, что мы разберемся позже.

Следующие три дня мама ждала изменений в лучшую сторону, так как полнолуние прошло. Не знаю почему, но дни полнолуния влияли на брата. К сожалению, изменений не было, его истерики длились дальше и были невыносимы. Он разбивал посуду, кидался на маму, на меня, и это было самое безобидное из всего, что происходило в эти дни. Так продолжалось неделю, мои долгие уговоры не влияли на маму, и мне пришлось вызвать серьезную подмогу в лице старшей сестры Малики.

Она сразу прилетела из Лондона, где жила с мужем и детьми. Сестра не принимала никакие отговорки, и, таким образом, маме пришлось принять решение положить Райана в больницу.

По маме было видно, как ей тяжело и больно, но это было необходимо. Не представляю, как ужасно было брату, он страдал из-за своего состояния, его будто бы терзало что-то изнутри, он находился в смятении и не мог найти покоя.

«Это не жизнь, и мы правильно поступаем», – словно пытаясь убедить себя, я повторяла эту фразу у себя в голове. Просто мне не верилось, что это всё происходило с нами.

Райан не всегда был таким, и он был очень хорошим, добрым мальчиком. В семь лет в ужасной автокатастрофе он потерял родителей, и папа – единственный из родственников, кто без раздумий решил забрать племянника. С тех пор Райан стал для меня родным младшим братом.

И он любил меня больше всех, бывало, что мы устраивали мелкие шалости и всегда прикрывали друг друга, а иногда всё скидывали на старшую сестру. Но на него повлияла смерть отца, наверное, эта была последняя тонкая нить, которая держала его разум и душу в единстве, потому что после этого он не смог взять себя в руки.

Бывали моменты, когда он успокаивался и становился нормальным, и вот тогда был такой момент.