Свет твоих глаз

Он стоял на верхней ступеньке лестницы – высокий, внушительный и безумно красивый в домашних трикотажных брюках и белой тенниске, с короткой модельной стрижкой и темной щетиной на волевом лице. Держался за перила и ждал, когда я отзовусь.

А у меня вдруг перехватило дыхание и заколотилось сердце, потому что более привлекательного мужчины я, кажется, не видела ни разу за двадцать восемь лет своей жизни! Встреться мы с ним пять или шесть лет назад – я мечтала бы выйти за него замуж и родить от него ребенка!

Но мы встретились слишком поздно.

Ему не нужна жена – он сам сказал.

А я больше никогда не решусь рожать.

7. Эдуард. Разбитый бокал

Ника стояла внизу – я видел ее темный смутный силуэт на фоне светлой кухонной мебели – и не отзывалась. Замерла, затаилась. Я что – застал ее за чем-то таким, что она считает постыдным? Или, может, напугал ее своим появлением? Так, вроде, не кричал. Пытался пошутить.

Хотелось бы установить с девушкой, которая самое малое полмесяца проживет под моей крышей, приятельские, может, даже доверительные отношения.

И я старательно делал все новые и новые шаги ей навстречу. Разрешил ей покупать всякие мелочи за мой счет, не стал возражать против цветов в горшках – мама Вика их тоже любит. Пусть у женщин найдется общая тема для разговоров. Глядишь, Вероника проникнется и передумает расторгать контракт на суррогатное материнство, когда поймет, что малыш, которого она могла бы родить, попадет в очень хорошую, дружную семью.

Но Ника каждый раз умудрялась удивить меня своими реакциями.

В машине – заплакала. Теперь вот стоит молча…

– Ника? – снова окликнул девушку.

– Да… иду, – ее голос прозвучал напряженно.

Ну, хотя бы отмерла, двинулась в сторону лестницы. Найджел, стоявший у моих ног, тут же заплясал, замахал хвостом, заскулил тоненько, приветствуя Нику.

Она одолела десяток ступеней, погладила пса, потом выпрямилась:

– Какую комнату ты решил мне выделить?

– Свободны три спальни. Одна справа и две слева. Выбирай любую.

– А твоя где?

– Первая справа.

Ника заглянула в три свободных комнаты, потом схватила за выдвижные рукоятки свои чемоданы на колесиках и покатила их во вторую спальню по левой стороне – подальше от моей. Я пожал плечами и пошел следом. Если ей так будет спокойнее – пусть. Посягать на ее личное пространство у меня намерения не было.

– Обрати внимание, – придержал ее за локоть, – в конце коридора три двери. Левая ведет в гардеробную и кладовку.