Истории Макса. Москва

В минуты беспокойства или тяжких раздумий Софья Дмитриевна имела привычку писать дневник.

«Не знаю, права ли я, – начала Соня с красной строки почерком отличницы начальных классов, – когда говорю Кристюше о Насте. Ведь я не знаю до конца, может быть, она действительно бросила семью. Не знаю, имею ли право. Настя никогда не была со мной откровенна… Кажется, она даже относилась ко мне немного высокомерно. С высоты своей неземной красоты. Может быть, действительно будет легче, если Кристина и Серёжа переживут раз и навсегда потерю, расстанутся с надеждой, что она найдется.

Можно было бы начать жизнь с чистого листа. Можно было бы зажить одной семьей, ведь, кажется, у меня все ещё есть чувства к нему…

Господи! Какая же я гадкая! Как я могу? Сама себе противна, лезу в чужую семью, как какая-нибудь… Да он и не посмотрит на меня, как тогда не посмотрел.

Но ведь мы, правда, стали близкими людьми за эти годы.

Ужасно! Как отогнать от себя эти мысли? Забочусь о ребёнке, стараюсь быть ей другом, а сама мечтаю занять место её матери! Как это мерзко!»

В гневе на себя Софья захлопнула тетрадь и выбежала на кухню, так и не убрав её.

В этот момент Микки, просочившийся за няней в дверь в надежде урвать кусочек говядины, прыгнул на крышку секретера и принялся не без интереса изучать записи.

– Хм, – сказал про себя кот, – интерессант! Наш толстушка няня питает нежный любофф к наш папа! Мечтает пыть его фрау! Интерессант!

Микки положил лапу на левую сторону тетради и зашуршал листами, отматывая время назад.

20 августа 1996 года

«Счастливый день! У Неглинных приехала бабушка, Христина Генриховна. Нам с Серёжей поручили погулять с ней в саду Эрмитаж (ха-ха, кажется, у Амалии Ивановны голова кипит от неуёмной маман). Мы гуляли, болтали, смеялись, бабушка рассказывала о своей молодости. Серёжа недаром шутит, что у неё было только два ухажёра – военно-полковой оркестр и лётное училище. На обратном пути Серёжа купил нам мороженое, было очень приятно.

Христина Генриховна успела построить глазки всем велосипедистам, один молодящийся лысый старикан даже увязался за нами до самого дома.

Скоро в школу. Надеюсь, в этом году Серёжа сядет со мной за одну парту. Он на прощание сегодня обнял меня и сказал: «Спасибо тебе, Супер-Соник, ты настоящий вот такенный друг! Без тебя я сегодняшний день не пережил бы!» – и засмеялся. А я вся покраснела, как дура, и скорей убежала к себе…»

1 сентября 1996 года.