Игнис. Пепельный Хребет

– Раян, куда спешишь? – поймала Мишель принца, что торопился в сторону потайного выхода из замка. Растрёпанная, она глядела на друга с заспанными глазами и широко зевала. – Я сегодня в город иду. Нескоро вернусь. Так что…

– К Кристофу! – не останавливаясь, выкрикнул малец, но чуть не грохнулся, пойманный за шиворот. – Ты чего, Мишель?

– Дурень! Тебе военное положение ни о чем не говорит? Томас весь изведется!

– А? – вопросительно уставился он на барышню, – С каких пор ты за него переживаешь?

– Я?! За него?! – покраснела леди.

И тут же смутилась, глядя в глаза друга, – Да никогда!

– А кто тебе цветы из сада приносил?

– Это для украшения холла! – не унималась Мишель, держа Раяна в узде, – Не увиливай! Забыл уже, как тебя в последний раз под арест брали? Ты ведь при форме!

Мальчик глубоко вздохнул. Чуть что, аргументы про форму вставали ему поперек горла. Принц носил ее бессменно – такова прямая обязанность. Ведь если король пламенного государства возглавлял армию, то его сыновья были ничуть не скромнее, под стать должностям.

Одна беда: драли с них за погоны три шкуры – шаг влево от правил и расстрел.

– Как скажешь. Только пока я дождусь послаблений режима, то скисну без дела. Ты хоть сама помнишь, когда его снимали? – отвесил он и вновь нацелился увильнуть.

– Вроде в прошлом году, в честь какой-то крупной победы… Стой! – спохватилась леди, – Я с тобой пойду! Подожди немного… – прикрикнула она, убегая, но на полпути остановилась.

Её сердце неприятно ёкнуло. Высокая, рыжеволосая девочка осознала, что совершила ошибку и тут же развернулась.

«Так и знала!» – сердито скривилась она.

Раяна позади и след простыл.

? 1 ?

Город цвёл. Необыкновенно, ярко, вычурно-зелено. Причиной же красоты служили земляные порождения. Эспа будто понимали, что пламенные идельха с растениями обращаться не специалисты отнюдь, и взялись за облагораживание столицы самостоятельно.

Одному земляному бугорку достаточно было дать семя, чтобы оно тут же, повинуясь воле земляного эспа, причудливыми узорами взобралось по крыше высоко в небеса, свиваясь с чужими стеблями.

Такое проявление Раян называл захватом чужой собственности, словно земля разинутой пастью вцепилась в жилище, но проглотить не смогла. Что скажешь и о поведении любого другого порождения в целом.

Стихийные эспа буквально захватили столицу. Им было подвластно чуть ли не любое проявление действа.