Игнис. Пепельный Хребет

«Сдал-таки», – вспомнил Раян недавнего мастера.

– Гуляю, – нервно засмеялся он, приподнимая капюшон плаща.

– Нагулялись?

– Ещё… нет.

– Разве? – наталкивал брата на нужную мысль Томас. – Никак погоны дома забыли, а воевать отправились?

Парадный козырек предстал пред глазами, словно красный цвет для быка. Граждан он взывал к уважению, но Раяну служил знаком серьезных намерений и пущей строгости наследного принца, оттого спорить ребенок не стал.

– Молчите? – буровил Томас брата, – Как на уроках дрыхнуть – вы мастер, а как обещание сдержать, то всё! Ноги подальше от ответственности несут!

Атмосфера спешно накалялась.

Как внезапно, в разгар сквернословий, над поникшим беловолосым принцем нависла Мишель.

– Раян, я нашла другого мастера! – радовалась она, в упор не замечая Томаса. – Пошли его уговаривать на поход за стены!

– Мишель! – зашипел принц, медленно переводя взгляд с неё на брата.

– Значит, в зайцев поиграть решили… – гневно потянул Томас и вплотную приблизился к объекту ругани, вещая полушепотом: – Раян, тебя же заставляли зубрить свод.

И как ты не научишься, что мастера – важная часть нашей армии, подобно тебе самому. Поэтому вам запрещено контактировать с гражданскими без веского повода! – грозно глядел он на братца, – А ты взял и просто плюнул и на закон, и на военное положение! Неудивительно, что за тобой хвост увязался, – кинув фразу, юноша схватил Раяна за руку и стремительно повел к выходу, оставив растерянную Мишель позади.

– Какой ещё хвост? – недоумевал младший.

– Пошли отсюда, – сквозь зубы произнёс Томас и вывел обалдуя в переулок.

Неспешный шаг, другой. Сердце замерло. Раян изо всех своих сил старался прислушаться, поймать напряжение в воздухе. И когда тёплая пелена благодати храма спала с его чувств, мальчик, наконец, заметил.

Преследователи не были похожи на виденных ранее. Передвигались тихо, практически незаметно. Прячась в густой тени, чёрные фигуры приближались к компании, но не решались напасть.

– Бежим! – внезапно скомандовал Томас, и Раян побежал.

Он не успел осознать опасность, но его тело подсказало действовать.

Каблуки стучали по мощёной дороге. Взгляд не успевал зацепиться за что-либо, направляя мальчика по нечётким образам окружения. Вперёд, за братом, перескакивая через подожжённые ящики, заборы, через сброшенные пламенем брата бельевые верёвки, вновь мимо алых флагов государства. И вверх, и вниз. Один переулок сменялся другим.

Стражников по дороге не встречалось.