Большие игры для маленькой ведьмочки

Зал для переговоров в одном из крупных гонконгских деловых центров отличался повышенной комфортностью. Кондиционеры исправно охлаждали воздух, надежно изолируя помещения от изнурительной жары вкупе с повышенной влажностью воздуха, царящими на улице. Климат Гонконга своеобразный, требующий определенной сноровки и выносливости. Но мне здесь нравилось.

– Господин Серебрянский? – глава только что прибывшей из Поднебесной делегации в составе трех человек вопросительно уставился на Ленара.

Его китайский английский оказался очень тяжелым для восприятия.

– Добрый день, господа, – произнес мой клиент, поднявшись с кожаного кресла и подойдя к стеклянному столу переговоров.

Я отметила, что серые деловые брюки, дополненные белой рубашкой, сидят на нем идеально. Впрочем, как и любая другая одежда.

– Присаживайтесь, – Ленар указал рукой на стулья, стоящие вокруг небольшого овального стола.

– Добрый день! – китайцы поклонились в ответ на приветствие и поспешили разместиться на указанных местах.

– Айсель, – обратился ко мне Ленар, – закажи, пожалуйста, чая.

Кивнув, поспешила выполнить поручение. Переговорщики мне не понравились. Дерганные какие-то, с бегающими глазками. Как будто собираются что-то украсть. Я всегда тонко чувствовала людей, а после посещения приснопамятной знахарки, эта особенность переросла в звериный инстинкт. Жаль, пока нельзя рассказать о своих наблюдениях Ленару.

За стойкой администратора сидела улыбчивая китайская девушка. Она с участием выслушала мою просьбу и немедленно связалась с баром, передав заказ.

Оставалось только дождаться его исполнения.

Вернувшись к Ленару, я поняла, что ничего интересного не пропустила. Обе стороны продолжали дружеское расшаркивание и соблюдение восточных традиций. Серебрянский поинтересовался здоровьем их общего друга, господина Вана, который посодействовал проведению встречи. Господин Ли (тот самый глава китайской делегации) удовлетворил любопытство русского гостя, попутно восхищаясь его достижениями в деловой сфере.

Эти хвалебные псалмы могли длиться вечно, порядком утомив непривычную к китайскому менталитету меня. Поэтому появившуюся с тележкой официантку из бара я встречала как родную. Благодаря ей в помещении воцарилась тишина, разбавляемая шумом разливаемого из заварника чая и звоном фарфоровой посуды. Я наблюдала за гостями, удобно устроившись в кресле около французского окна. Отсюда открывался чудесный вид не только на Гонконг, но и на стол переговоров.