Я знаю, ты вернешься

Казалось, что мы вдруг попали на репетицию бродячего цирка, и стоит лишь немного подождать, как на пляж выбегут клоуны и акробаты.

Чуть поодаль группа женщин, встав в круг, занималась йогой. Парень в яркой полосатой шапочке растамана, не смущаясь людей, курил траву и с блаженством на лице смотрел на закат. Подул ветер и донёс до нас звуки барабанов и флейты. Мы подошли ближе и увидели группу барабанщиков с таблами[30 - Небольшой парный барабан, основной ударный инструмент индийской классической музыки.], сидящих прямо на песке.

Каждый из них отбивал ритм, а в центре босиком танцевали девушки, прикрыв глаза и погрузившись в динамическую медитацию.

Сразу за барабанщиками расположилась стихийная ярмарка. Люди продавали украшения, картины, тибетские чаши, различные причудливые вещи, назначения которых я не понимала. Мы бродили между торговцами, я задержалась у одного прилавка, разглядывая необычные серьги в форме ловцов снов, и не заметила как Алекса и остальных. Людей на пляже становилось всё больше, и я испугалась.

Мне показалось, что кто-то следит за мной – я обернулась, пытаясь понять, откуда возникло это тревожное чувство, но тут увидела Алекса.

– Где ты был? – я взяла его за руку. – Не бросай меня в толпе, а то потом не найдемся.

– Ты можешь позвать меня мысленно, и я всегда услышу, – он улыбнулся и протянул мне небольшой серебряный кулон на кожаном ремешке.

– Что это? – я взяла кулон. Он был сделан в форме змеи, сидящей на скрученном хвосте.

– Это символ энергии Кундалини.

Я подумал, что тебе понравится, и купил.

– Да, невероятно красиво, – я повесила кулон на шею. – Ты рассказывал мне про эту змею, а я не могла поверить, что всё это реально. Но теперь я и правда вижу её каждый раз, когда мы вместе.

– Я люблю тебя, – вдруг сказал он и поцеловал меня.

– А я тебя, – я прижалась к нему крепко-крепко, а сердце защемило от нежности.

Алекс никогда раньше не произносил слов любви, и, услышав их, я буквально задохнулась от счастья.

Нас окружали сотни людей, в воздухе пахло пряностями, бензином от жонглеров с горящими булавами, доносился ритмичный стук барабанов и печальные звуки флейты, солнце опускалось за горизонт, но для меня в эту секунду не существовало никого, кроме Алекса, и ничего, кроме его любви.

– Пойдём, Лиза, ты же хотела попасть на какой-то концерт, – он легонько отстранил меня.

– Да, надо найти Олега. Он сказал, что живёт в гостевом доме «Мария» на главной улице.