Я знаю, ты вернешься

– Ты цела?       – он шагнул ко мне и перехватил пистолет за мгновение до того, как я выпустила его из пальцев.

Я молча кивнула и пошатнулась. Алекс поймал меня одной рукой и прижал к себе. Я замерла и даже дышать перестала, мой ум осознавал: всё кончилось, я в безопасности, – но тело отказывалось верить. Напряжённые мышцы не желали расслабляться, а сердце колотилось так сильно, что я ощущала, словно тяжёлый молот лупит меня изнутри по рёбрам. А ещё я разумом понимала, что минуту назад убила человека, и отрешённо удивлялась, почему мне плевать…

– Нужно убираться отсюда, – сказал Алекс и отступил на шаг.

Я снова кивнула и огляделась. Посреди дороги стоял мотоцикл, перегораживая проезд. На земле у машины лежали двое: водитель и передний пассажир, оба не двигались.

– Только закончу одно дело, – Алекс поднял пистолет и вернулся к машине.

Я поняла, что он будет делать, за мгновение до того, как раздался выстрел. Он добил парня с ножом, а значит, эти двое на земле тоже мертвы. Вместо того чтобы испугаться, я ощутила облегчение.

Глава десятая

В такси пахло благовониями и стояла такая жара, что меня то и дело бросало в дурноту, а тонкая футболка вымокла от пота и прилипла к спине. Наверное, стоило заказать машину с кондиционером, но у нас не было времени выбирать: Алекс купил последние два места на рейс, улетающий в Москву так стремительно, что я едва успела покидать в чемодан вещи и осознать: мы едем домой. Вернее, бежим. С момента нападения и до той минуты, когда мы поспешно загрузились в первое попавшееся такси, прошло меньше шести часов.

Я толком не спала, не ела, ощущала себя разбитой и усталой, но понимала, к чему эта спешка. Алекс боялся, что нас найдут и арестуют. Четыре трупа на дороге и один – у кафе в Арамболе. Я хотела бы верить в чудо, но, к сожалению, в этот раз его не произошло: Олег погиб, спасая меня. Получил нож в живот и, хотя мы его не убивали, Алекс уверял: эту смерть почти наверняка повесят на нас. Люди видели нас с Олегом, знали, что мы общаемся. Хозяин его гест-хауса мог помнить меня в лицо. Мы не имели права так рисковать, потому убегали как крысы с тонущего корабля: поджав хвосты, не попрощавшись с погибшим другом.

– Главное, чтобы нас не поймали. Тюрьмы в Индии – это ад на земле, и выбраться оттуда живым практически невозможно, – говорил мне Алекс, пока сбривал остатки щетины. Я в это время заталкивала футболки в чемодан и нервно поглядывала на него через открытую дверь ванной.