Жду тебя в конце ночи

Потому дорогой смартфон давно гниёт на дне реки, где только рыбы оценят мой музыкальный вкус.

Приходится отрезвлять себя пощёчинами, но помогает ненадолго, и чувствую, к концу поездки на моих щеках будут красоваться неприглядные синяки – рука у меня всегда была тяжёлой. За три часа лишь однажды заметила банду. Успела свернуть с дороги и затаиться. Я слышала рёв двигателей. Мотоциклы пролетели мимо на предельной скорости. Я не видела их, лежала на красном кожаном сидении, размышляя, что цвет салона удачно скрывает пятна крови её бывшего владельца, и не поднималась, пока звук не затих.

«Зиг-зауэр» всё это время сжимала в пальцах правой руки. Мне казалось, я не испугалась, но когда убрала оружие обратно в бардачок, заметила, как сильно трясутся руки. Я порылась в коробке на заднем сидении и нашла там блок сигарет. Знала, что найду, ведь в бардачке хранились несколько зажигалок. Я не курила много лет. Стефан не переносил запаха табачного дыма, и когда мы стали жить вместе, я бросила эту дурную привычку. Сейчас же с лёгкостью открыла пачку и закурила. Не знаю, можно ли разучиться курить, но после третьей затяжки я закашлялась, из глаз потекли слёзы, и я выкинула остаток сигареты в окно. Табачный дым словно проник в мозг и чуть затуманил его. Приятное чувство, но оно быстро прошло, и остался лишь мерзкий привкус во рту и сильная жажда. Выпив пару глотков воды из бутылки, что забрала из дома, я нажала на педаль газа и плавно поехала дальше.

Окраины города вымерли. Здесь раньше кипела жизнь, но с приходом банд частные дома потеряли свою привлекательность.

Первых рабов воровали как раз из этих уютных коттеджей с каминными трубами и черепичными крышами. Коттеджные посёлки опустели. Многие дома сожгли. Раньше я любила дорогу из города в наш замок, сейчас же предпочла бы ослепнуть, чтобы не видеть, во что превратили мою страну.

Сонливость накатывает волнами. Не нужно было курить, от этого только хуже. Начинаю строить планы в голове, чтобы чем-то занять мысли.

Если всё пойдёт хорошо, то к ночи буду в замке. Когда мы покидали родовое имение Стефана пару месяцев назад, там оставался только старый смотритель Мориц и его жена Каролина. Хочется верить, что они и сейчас ещё там. Находиться одной в этих каменных стенах, где ещё живы воспоминания нашей со Стефаном семейной жизни, будет невыносимо. Хотя я не собираюсь задерживаться там надолго. Мне нужно несколько недель на подготовку и разведку, и они будут непростыми.