Жду тебя в конце ночи

Если и выживу после такого, то непременно получу серьёзные ожоги, а без лекарств это прямая дорога в ад. Лучше затаиться тут, внутри и дождаться, пока они уедут. Но где спрятаться? Времени почти нет. Трое байкеров занимают места рядом с топливораздаточными колонками, а остальные оставляют мотоциклы посреди дороги. С ними невольник. Вижу его мельком. Голый крупный мужчина, на шее строгий ошейник, от которого тянется цепь. Лица не вижу, но по фигуре явно немолодой. Меня бросает в жар.

Быстрым взглядом окидываю мотоциклы.

Все разные: один чоппер, два спортивных и три классических. Не верю собственной удаче. Только одна банда ездит на всём подряд, та, что не имеет ни названия, ни кодекса, а их главарь – ублюдок, из-за которого умер мой муж.

Трое идут ко мне. Раб на цепи тащится следом. Времени на раздумья не осталось. Бросаюсь в сторону кафе и прячусь под столиком между двумя вульгарными диванчиками, обтянутыми искусственной красной кожей. Надеюсь, что вонь гниющих сосисок отпугнёт байкеров, и они сюда не сунутся.

Пытаюсь дышать как можно тише, но когда ублюдки входят в двери, понимаю: эти осторожности излишни.

От них столько шума, что даже если бы я тихонько напевала себе под нос, они бы меня не услышали. Хочу выглянуть из своего укрытия, рассмотреть их получше, но не могу рисковать. Я справлюсь с ними, тут нет сомнений, но мне нужно, чтобы они остались в живых. Чертовски сложно узнать, где логово банды, но если осторожно сесть на хвост, то шансов становится многим больше.

Конечно, они могут и не ехать в логово, но тогда на кой им быть тут, вдали от города, где у них самые забавы? Дождусь, пока они уедут, и двинусь следом. Часом раньше я легко проделала этот трюк с другой бандой и не думаю, что сейчас что-то может пойти не так.

– Пойду отолью, – говорит один. Голос низкий, грубый.

– Да мы все хотим поссать, – отзывается другой и громко ржёт.

У этого в голосе визгливые нотки, а смех похож на крик гиены.

Против воли волосы на руках встают дыбом.

– Ну, так пошли, отольём на брудершафт, – со смехом отвечает первый голос.

– А этого куда? – спрашивает третий, немного хриплый.

– Туда, на диван. Не ссы, не убежит, – отвечает визгливый и опять гогочет, как животное. Наверное, он в восторге от своего чувства юмора, крутящегося вокруг одного-единственного слова.

Я слышу звон металлической цепи, шаркающие шаги и перестаю дышать. Здесь четыре столика.