Развод… это не всегда верно!

С утра строители железки остались без материалов. Не подвезли. Прошло часа два, а Люся всё разбиралась с деревяшками для возведения лесов. Они пришли, но отличного качества, никак не для временных конструкций. Работа стояла и здесь. За простой никто платить не будет, и рабочие стали роптать. И интересное дело, никакого начальства, кроме студентки, на площадке не наблюдалось. Что делать? Люся отправила часть на разбор взорванного старого здания, а другая часть, буквально, за час перегрузила хорошее дерево на склад. И всё.

Уже к обеду они стали выказывать своё недовольство, не стесняясь в выражениях, трёхэтажный мат стоял над стройплощадкой. Люся, зажав уши, продвигалась в сторону сторожки, чтобы связаться хоть с кем-нибудь. Но мужики, накрученные до предела, решили, что и.о. прораба не хочет их видеть и слышать. Чистоплюйка городская.

– А ну, мужики, что это она, удирает? Уши заткнула … – Непереводимый русский фольклор полился уже в сторону девушки.

Один из старых рабочих, аксакал, так сказать, перерезал ей дорогу, оторвал руки от ушей и затолкал на ж/д платформу.

– Куда это ты? Простой на твоей совести, из своего кармана будешь платить… и.… и…

Гомон усилился, её окружили, претензии в матерном виде накручивались, как снежный ком. Люся попыталась объяснить, что она, как раз, по этому поводу и хочет связаться с центральным пультом. Но куда там, её голос потонул в море грубых, мужских выкриков. Она растерялась, ей становилось не по себе. Студенческая братия в этот день уехала на другой объект, а два куратора – в ближайший город.

Помощи ждать неоткуда. Но не убьют же они её? Она собрала все свои силы и заорала, жестикулируя руками.

– Всё было заказано ещё до меня. У вас есть старший, он должен был проверить исполнение и сопроводить. Где он? Спрятался?

Со стороны дороги к ним бежал какой-то человек. Все головы повернулись в его сторону и, воспользовавшись этим, Люська дёрнула в сторожку. Вот попала, так попала. Не о таком она мечтала в тишине читальных залов и галереях выставочных стендов.

Только бы не разреветься…

Снаружи установилась тишина. Девушка напряглась, в трубке слышались отрывистые гудки, ситуация аховая. И воды в кулере нет. Да что происходит?

Открылась дверь и на пороге нарисовался… Макс. Максим Эдуардович собственной персоной.

– Вы здесь начальство? Почему с вами невозможно связаться? – Он сильно дёрнул Люську за руку, она даже вскрикнула. – Люда? Ты?

– Силу некуда девать, Максим Батькович? Добрый день, во-первых.