Столетовы. Часть 2. Алёна

Можно тебя поцеловать?

Молчание – знак согласия. И Вадим поднял Алёнку вместе с пледом, как куклу, и нежно-нежно прикоснулся к её губам. И ей, вдруг, тоже захотелось его поцеловать, что она и сделала. И тогда уже бравый капитан, прижав свою любимую к груди, стал целовать её по-настоящему, держа на весу. Донёс Алёну до машины, посадил к себе на колени, и не мог уже оторваться от её губ, таких сладких, таких нежных, таких беззащитных.

День рождения отметили дома. Веселились от души. Только Алёшка, поняв кто для Алёны Вадим, напился и пытался «набить морду этому старому морскому волку».

Получилось смешно, и папа Серёжа увёл его спать, чтобы он уж совсем не опозорился. А Вадим раскрылся с ещё одной стороны, он хорошо играл на гитаре. И они с папой Сергеем по очереди показали целый концерт. И так здорово это у них получилось. И все понимали, что этот просоленный морской капитан играет только для своей Алёны. Да он всё делает только для неё.

Улетал Вадим следующим вечером. Он был в морской форме, ему сразу с самолёта надо было куда-то по службе.

Обнимая свою светловолосую, зеленоглазую колдунью, он шептал ей какие-то слова, совершенно не отражающие ту гамму чувств, бушующих в его груди. Нет таких слов, не придумали…

– Если бы ты знала, что творится в моей душе. Остаться я не могу, ремонтные работы для нас, как отдых. А потом сразу в поход. Мы можем не увидеться почти год. На одно только надеюсь – услышать от тебя да.

Алёнка заглядывала в его карие глаза, такие добрые, такие несчастные сейчас.

И обнимала своими тоненькими ручками этого большого, ставшего ей близким, человека. Она, пока, ничего не могла ему сказать. Просто не знала, что нужно говорить. Ей очень не хотелось с ним расставаться.

– Вадим, я буду ждать тебя. Через год закончится моя учёба. Жизнь покажет, что будет дальше. А пока мне так не хочется, чтобы ты уезжал.

Они стояли перед выходом на взлётную полосу. Уже несколько раз объявляли посадку. И повторили ещё раз.

– Ну всё, моя родная девочка. Береги себя, – крепко поцеловал и ушёл, не поворачиваясь.

Дома её ждала мама. Она уже не могла молчать.

– Алёна, ну так же нельзя. Мы же извелись все. Ну хоть что-нибудь у тебя есть нам сообщить? – как-то по-еврейски начала она. – Бабуля пол аптеки корвалола уже выпила. Не молчи!

– Мамочка, я сама не знаю ничего. Пусть пройдёт время. Не мучай меня сейчас. Мне надо разобраться, расставить всё по полкам. В данный момент в моей душе сумбур и неразбериха.

Вышла бабушка.