Награда для эльфа

– Ну почему меня сегодня все посылают, как какую-то нечисть? – возмутился склонившийся надо мной рыжий эльф.

– Вы хотите поговорить об этом? – покосился на него ветеринар. Тот, который оборотень. Он что, ещё и психиатром подрабатывает?

Рыжий от него отмахнулся.

– Как вы себя чувствуете, лерси? – заботливо спросил меня Ник.

– Нормально, спасибо, – уверенно отозвалась я.

Правда, в голове всё ещё был небольшой туман, и память подбрасывала последние события лишь отрывками. Как бы сказал мой знакомый программист, с лагом.

– Сколько пальцев? – вытянул перед моим лицом руку ветеринар.

– Четыре, – отозвалась я. Ответ был правильным.

– Во время диагностики я обнаружил на вашем предплечье след от укола: в то место вам ввели терислим, и на это успокоительное возникла побочная реакция со стороны центральной нервной системы. Но я нейтрализовал лекарство в вашем организме, так что уже скоро вы полностью придёте в норму, – заверил он меня.

– Спасибо, – с благодарностью посмотрела я на него.

Я попыталась встать с кровати, и потревоженный кот недовольно фыркнул, категорически отказываясь покидать тёплое насиженное место на моих коленях.

– Давайте, лерси, поторопитесь, прошу вас! – тормошил меня рыжий эльф, то подталкивая в спину, то пытаясь стащить с меня упирающегося кота.

– Осторожнее, Гастон! – одёрнул его ветеринар. – Вы же обещали разбудить девушку деликатно! Она ещё не до конца оправилась!

– Это и было деликатно! – взмахнул руками рыжий эльф.

Вот только кот расценил этот резкий жест как акт агрессии относительно его царственной персоны.

На то, чтобы оторвать взбешённого пушистика от плеча Гастона, у нас с Ником ушло несколько минут. Мохнатый боец крепко вцепился когтями и зубами в неприятеля, издавая воинственное шипение и победоносные вопли.

Я пыталась ухватить дикую меховушку за шкирку, ветеринар – за туловище, а эльф крутился от боли, как заведённый, мелодично и громко покрывая ругательствами всех предков кота до сто пятого колена.

Когда Ник промахнулся и вместо туловища ухватил супостата за хвост, тот в отместку исполосовал лицо и ему, и Гастону, после чего изящной оранжевой пулей сиганул в окно.

– Сволочь рыжая! – шумно выдохнул дворецкий, вытирая порванным рукавом кровь со лба.

– Животное, – отозвался оборотень, делая то же самое.

– Вам надо раны обработать, – сказала я, пытаясь отдышаться.