Жека Стар. Экзамен

И демонстрацию любого из этих клипов номинировали бы на премию за самое глупое самоубийство. В общем, не приходится удивляться, что из СЕМа едут столько мигрантов, в смысле, откуда их там столько. С другой стороны неясно, как они там завелись, даже Жека понял, что больше половины из видеоряда никак не связано с самой возможностью деторождения.

Сначала он с трудом подавлял возникшее сразу желание уйти. Решил считать это тренировкой своей легендарной среди одноклассников невозмутимости. Стал доноситься смысл реплик других ребят, они тоже не совсем понимали, как к этому относиться.

Под их комментарии, порой весьма остроумные, восприятие прогрессивной культуры пошло легче, Жеке даже пришлось временами поглядывать на коммуникатор, чтобы не пропустить время.

Несмотря на всю легендарную невозмутимость, в нужное время Жека вышел в коридор в необычном душевном состоянии. Оставалось три минуты. Навалился плечом на переборку у входа в санблок и принялся лихорадочно соображать, что он хочет сказать Лене на прощанье.

Или сделать…

Она, наконец, вышла в коридор с полотенцем и бутылочкой жидкого мыла. Заметила его, отвела взгляд, пошла, ровно глядя перед собой.

– Лена, – сказал просительно Жека.

– Нам не о чем разговаривать, – холодно ответила Лена, – и мне некогда. Я помыться.

Она приложила ладонь к прямоугольнику, двери начали открываться.

– Я тоже, – сказал Жека, схватил девушку за плечи, втолкнул её и сам вошёл следом.

Прижал к стене, неуклюже поцеловал в губы, ладонями сжал грудь. Лена попыталась освободиться, но лишь смогла отвернуться, – сволочь!

– Надо же нам попрощаться, – просипел Жека, запуская руку ей под пижаму.

– Дай хоть на вызов ответить, – попросила она.

На её груди мелодично пищал коммуникатор! Жека отступил на шаг.

Лена вынула прибор, нажала «ответить». У Жеки разом пропал весь настрой делать гадости – из прибора возникла голографическая проекция его мамы и папы.

Родители помахали ладошками Ленке, она же держала прибор, мама спросила, – Жека, если это ты держишь сейчас коммуникатор, скажи, как звали твоего любимого игрушечного слонёнка.

– Это тебя! – Лена протянула ему прибор.

Жека принял устройство и отчётливо проговорил. – Люм.

Папино изображение принялось двигать губами, из устройства донёсся его голос. – «Извини, сын. Если ты смотришь эту запись, мы уже не можем тебе помочь.