Злодей моего романа

Мы не спеша поднималась по горке. В тишине было слышно, как громко перекатываются камешки у нас под ногами. Перед последним поворотом Влад остановился. Я смотрела, как луна отражается в его зрачках, и чувствовала, как во мне снова закипает жажда его прикосновений, его запаха, его поцелуя…

Он обхватил ладонями мое лицо и склонился. У меня сердце подпрыгнуло к горлу, когда я ощутила на своих губах его губы, горячие, с привкусом сигаретного дыма и кофе. Я забыла, что толком не умела целоваться. Полностью отдалась его порыву, прижалась к Владу всем телом.

Его поцелуй был властным и настойчивым. Никаких несмелых движений, никаких предварительных вопрошающих взглядов. Вот так целуются взрослые мужчины. Они просто берут свое и делают это так искусно, что ты готова отдать все…

Об этом я думала значительно позже, изучая подушечками пальцев свои губы, пытаясь представить, что ощущал Влад, когда целовал их. А тогда, на излучине дороги, сбитая с толку, потерявшая себя во времени и пространстве, лишь чувствовала, как закипает кровь, как плавится под его руками, становится податливым и послушным тело…

– Ты когда-нибудь сбегала из дома? – прервав поцелуй, спросил Влад мне на ухо, шепотом.

Все еще не открывая глаз, я мотнула головой.

– А сегодня сбежишь? Со мной?

Как он это делал?.. Просто слова, даже не прикосновения, но от того, что он говорил и каким тоном, под ложечкой начинало сладко ныть. И это ощущение отзывалось в сердце, а еще – внизу живота.

Я понятия не имела, получится ли у меня сбежать, но уверенно кивнула.

– Тогда, Принцесса, жду тебя на этом повороте через три часа.

Глава 7

Как же долго тянулось время до побега! Как мне трудно было делать вид, что это обычный вечер! Мне казалось, я выдаю себя каждым взглядом, каждым жестом.

Все, одиннадцать, можно поцеловать бабушку и дедушку перед сном, пожелать им сладких снов и скрыться в своей спальне. Я даже шорты с майкой не сняла, только натянула одеяло до подбородка.

Дверь оставила открытой настежь, чтобы слышать, что творится в доме.

Полночь. Я места себе не находила, все ворочалась в постели, подушка под щекой стала горячей.

Наконец телевизор в бабушкиной комнате умолк, и стало тихо-тихо. Я лежала, не шевелясь, чтобы ни единым шорохом не потревожить моих родных. Хотя, конечно, ничего бы они от меня не услышали.

Все, без десяти час! Уже можно!

Накидываю на плечи льняную рубашку.