Коллекционер жизней

 – Моя новая знакомая, имя которой я не знал, так здорово рассказывала, что я готов был слушать даже про привидения. – В общем, стали парни приходить на стадион каждую ночь, но никак не могли застать сиамских бегунов.

Я с улыбкой подумал, что, наверное, они были очень заняты. Бегуны—призраки. Поэтому их было не так просто застать. Но вслух ничего не сказал.

– И тогда они стали вспоминать, может быть тот парень, который их заметил в первый раз, делал что-то особенное. В итоге докопались до того, что в ту ночь он пробежал очень много кругов.

Удивительно, но на этом стадионе бегается легко. Некоторые знают про это и специально бегают только здесь. Сложно объяснить, но как будто ветер тебя подгоняет, дорожка мягко пружинит. Здесь даже погода всегда идеальная, если кто-то бегает. Будто бы стадион хочет, чтобы ты как можно больше кругов пробежал.

Я задумался. А ведь и правда. Сегодня я даже не считал, сколько пробежал, мне было очень легко. Но я-то думал, что это моя заслуга, а не стадиона или бегунов—призраков.

– И сколько кругов тот парень пробежал? – Спросил я. Мы уже дошли до какого-то дома, и просто стояли на детской площадке возле качелей.

Немного помедлив, она произнесла. – Пятьдесят четыре.

– Что?! Это же…сколько километров?

– Около двадцати одного.

– Мне кажется, это…

– Слишком много?

Я кивнул.

– Согласна. Но говорю же, что здесь особая аура. И ты не чувствуешь такой усталости, как если бы бежал это же расстояние в другом месте. Опытным путём они выяснили, что если после заката один человек пробежит подряд пятьдесят четыре круга, то появляются сиамские бегуны.

– И что дальше?

– А потом братья-близнецы начинают свой марафон. Они бегут. Их бег ужасает и завораживает одновременно. И если на их пути кто-то встретится, то они замирают. И это самое страшное.

Она замолчала, а я уже так увлёкся этой страшилкой, что хотел продолжения.

– Что тогда случится?

– Говорят, что близнецы при жизни были очень красивыми на лицо. А вот призраки выглядят ужасно.

Голова вытянутая, глаз почти нет, лишь под кожей виднеются крошечные зачатки. Губы плотно сжаты в узкую полоску. Зато огромный уродливый нос занимает почти всё лицо. И так у каждого. В общем, учуяв жертву, они втягивают воздух, и тогда человек – не то, что двигаться, а даже позвать на помощь не может. Чем ближе они подбираются, тем больше их жертва замедляется, воздух её засасывает, и она уже больше никогда не выберется из этой западни.

– Мда.