Город засыпает

– Нет, мы и так едем позже, чем следовало бы, – Кирилл вернулся в комнату и задумчиво посмотрел на шкафы. – К назначенному времени никак не успеем, остальным придется нас ждать. Если еще и в магазин поедем, вообще доберемся только к ночи. Неудобно.

– Если хочешь, могу пока поделиться с тобой своей пеной, – предложила Настя, игнорируя страдальческое выражение лица Эдика. – Уверена, она ничем не отличается от мужской пены для бритья.

– Мама! – возмутился Эдик.

– Лучше я электрической бритвой пока попользуюсь.

Не помнишь, где она? И есть ли у нас где-нибудь запасные батарейки? Подозреваю, что те, которые в ней, давно сели.

– Насчет батареек не уверена, но, кажется, у нее был провод для розетки.

– И где же он был?

– Скорее всего, там же, где и сама бритва. Посмотри в нижнем ящике комода.

– Эй, родители! – прикрикнул Эдик. – Я вообще-то еще здесь.

– Кстати, а почему ты еще здесь? – невозмутимо поинтересовался Кирилл, выглядывая из ванной. – Мы разве не все обсудили? И кто за тебя, взрослого и самостоятельного, будет собирать вещи? Мама?

– Я уже собрался! И нет, мы не все обсудили, – с поистине ослиным упрямством возразил Эдик.

Хотя внешне он совсем не походил на отца, но какие-то черты характера – как минимум, упрямство – от него унаследовал.

– Хорошо, – Кирилл скрестил руки на груди и прислонился плечом к дверному косяку. – Так почему вы должны ночевать в одной комнате? Она тебе не жена.

– Она мне моя девушка!

– Вы встречаетесь всего два месяца.

– Мы встречаемся целых два месяца! – Эдик презрительно скривился. – Ты с какой планеты, пап? Или из какого века? Я, между прочим, уже взрослый. Совершеннолетний. Могу тебя вообще не спрашивать.

– Но ты спрашиваешь, – резонно заметил Кирилл. – И пока ты находишься в моем доме, ты будешь вести себя по моим правилам. В остальное время поступай так, как тебе совесть велит.

– Совесть, – передразнил Эдик. – Ты еще скажи, что мы вообще до свадьбы спать друг с другом не должны.

– В идеале было бы неплохо, – Кирилл усмехнулся. – Но я, конечно, понимаю, что мир не идеален.

– Да уж не сомневаюсь, – ядовито прокомментировал Эдик. – Не зря же вы с мамой поженились в июле, а я родился в ноябре.

Фотография в рамке, стоявшая на стеллаже, с громким стуком свалилась на пол, раздался звук бьющегося стекла. Настя, как раз протиравшая пыль, даже не сразу поняла, что это она смахнула рамку неосторожным движением.