Ловушка сбывшихся кошмаров

Но она то ли не заметила его нежелания продолжать разговор в этом направлении, то ли намеренно проигнорировала, потому что сказала:

– Это уже затронуло всех, разве ты не видишь? Саша от больницы дальше чем на 30 километров не отъезжает, ни о чем другом, кроме как вытащить Войтеха, не думает. Лиля вообще похожа на бледную тень себя самой. В их присутствии мне хочется надеть на себя еще парочку браслетов, потому что даже через эти, – она приподняла над столом руки, демонстрируя два металлических браслета, плотно облегающих ее запястья и блокирующих чужие эмоции, – до меня доходит их отчаяние.

Мне это не нравится, поэтому я рада быть подальше от них. Для Вани одна – сестра-близнец, вторая – любимая подруга, третий – зять, четвертый – чтобы он там ни говорил, тоже не чужой человек. И это сильно портит Ване то счастье, которым он мог бы сейчас наслаждаться. Володя был дружен со всеми, Анна – переживает и за них, и за Институт. Тебе Лиля тоже… – Она осеклась, но все же закончила: – Сам знаешь. Так что остаться в стороне ни у кого нет ни единого шанса.

– Кстати, насчет твоих браслетов, – нахмурился Долгов. – Нев ведь время от времени обновляет заклятие на них, так? Что будет, если он перестанет это делать? Если его так и не найдут?

– Придется снова уехать в глушь, подальше от цивилизации, – она пожала плечами, будто не видела в этом ничего страшного. Но по выражению ее лица можно было понять, что Айя думала об этом не раз с момента исчезновения Нева, и такая перспектива ее пугает. – Потому что когда браслеты перестанут работать, мне в мегаполисе делать будет нечего.

И я не думаю, что смогу найти второго такого мага, как он. Если мне не изменяет память, Сашина прабабка всю жизнь искала и не нашла.

Она никому не говорила, с трудом признавалась даже себе, но браслеты уже работали не так хорошо, как раньше, все чаще пропускали к ней чужие эмоции, порой даже не самые сильные, и о том, что будет дальше, если Нев не вернется в ближайшее время, думать не хотелось. С Санкт-Петербургом ее теперь связывало много такого, что нелегко бросить, вычеркнуть из жизни.

– Есть еще Егор, – неуверенно протянул Долгов. – Если только он не причастен к тому, что случилось с Невом. Насколько я знаю, с ним пытались связаться, но он никому, кроме Нева, никогда и не отвечал. А тут не отреагировал даже на сообщение о его исчезновении… Едва ли ему наплевать, значит, молчит по другим причинам. Возможно, знает, что случилось, но больше не готов работать с нами.