Пробуждение куклы

Но дядя, вероятно напуганный ее истерикой, тоже забрался в салон.

– Юль, что случилось! Чего ты истеришь-то? Объясни! – раздраженно рыкнул он.

– Двери! Двери! Двери! – запричитала Юля, требуя заблокировать замки.

Когда это было сделано, она вжалась в сиденье, непроизвольно опускаясь ниже, как будто надеялась, что так маньяк их не заметит.

В машине повисла напряженная тишина, в которой отчетливо слышалось Юлино тяжелое дыхание. Дядя смотрел на нее, как на душевнобольную, время от времени переводя взгляд на лобовое стекло, в которое сама Юля смотрела, не отрываясь.

Но так и оставшийся поднятым капот закрывал весь обзор, поэтому было непонятно, где сейчас находится шедший навстречу мужчина.

– Если ты сейчас не объяснишь, какая муха тебя укусила, я выйду, – пригрозил дядя и даже взялся за ручку дверцы, но Юля с такой силой вцепилась в его предплечье, что он замер.

– Там… кто-то есть, – выдавила Юля с трудом.

– В каком смысле?

– Мужчина. С ножом. И детской го… головой.

Дядя несколько раз растерянно моргнул, глядя на нее и не зная, что сказать. Потом снова повернулся к лобовому стеклу, сделал движение, словно пытался выглянуть из-за капота, но ему это, конечно, не удалось.

– Да нет там никого! – все-таки раздраженно возразил он, явно собираясь все-таки разблокировать двери.

– Нет! – крикнула Юля в панике, пытаясь перехватить и вторую его руку.

– Да перестань…

Юля испуганно взвизгнула, перебивая. Она резко повернулась, одновременно пытаясь отодвинуться от своей дверцы, когда услышала глухой удар в окно.

И увидела того самого мужчину с ножом и головой в руках, прильнувшего к стеклу.

Это оказался совсем молодой парень. Его руки, одежда, нож и лицо были перепачканы в крови. Детская голова при ближайшем рассмотрении оказалась головой… куклы.

Парень посмотрел на Юлю шальным, мутным взглядом и хрипло позвал:

– Помогите…

После чего рухнул на землю.

22 ноября 2016 года, 18:05

Сидя в мягком удобном кресле в кабинете психотерапевта, Влад поймал себя на мысли, что даже на жестком стуле в полиции напротив капитана Соболева, задержавшего его – ни много ни мало – по подозрению в убийстве, чувствовал себя куда комфортнее.

Валентин Евгеньевич встретил его радушно. Даже слишком, по мнению Влада, которому позитивный тон показался наигранным. Порой так врачи обращаются к пациентам-детям, нарочито широко улыбаясь и обещая, что больно не будет.