Шавуот

Детей нашли через несколько часов, километрах в трёх от дачи, прямо на берегу моря, в дюнах, где они построили шалаш и решили там жить, наблюдая за движением звёзд. Так далеко от дачи они забрались потому, что на даче очень уж шумно было. А звёзды, они тишину любят.

Дети были примерно наказаны, компания вернулась в Ригу, и теперь Илона рассказывала мне историю во всех деталях и подробностях. Детали были смешные, подробности пикантные, и история в её изложении доставила мне массу удовольствия.

Когда Илона закончила, я сказала: «Честно говоря, я только одного не понимаю. Хотите развлекаться – развлекайтесь. Но зачем же было детей за собой тащить?»

«Как ты не понимаешь? Да это же всё ради детей делалось. Чтобы дети могли на взморье чистым воздухом подышать», – пояснила Илона.

Ага, теперь всё понятно. Ради детей.

Бывали, конечно, и другие крайности. Ли, которая так помогла мне в первый день после возвращения из роддома, была замужем за Ицкой, и было у них четверо детей.

Ицка бросил её, когда младшим детям – двойне – было полтора месяца. Как я бесилась, как орала на Ицку, как пыталась воззвать к его лучшим чувствам! А он ответил только, что Бог его детей не оставит. Тот и не оставил. Ли вышла замуж за француза, усыновившего детей, и вся честная компания, покинув коммунистический рай, отправилась жить во Францию.

Но перенесёмся назад из Риги и Москвы, почти уже растворившихся в тумане памяти моей, в нынешний Линц.

Теперь было похоже на то, что денег заработать и о нашем ребёнке позаботиться я как-нибудь смогу, и заявление на развод было, наконец, подано. При этом мы остались друзьями и договорились не ссориться.

А тут, как-то очень кстати подвернулся и ещё один знакомый врач, хирург, которому тоже нужна была такая же программа, поэтому было решено для ускорения процесса писать программу совместно, а врачей-клиентов поделить.

Мне достался психиатр.

Глава 2. Психиатрическое интермеццо

Иногда мне кажется, что чем больше у человека проблем, тем вернее ему дорога в психиатры. По крайней мере, с доктором Наполеоном дело обстояло именно так. Несправедливости судьбы, человеческая неблагодарность и разнообразные болезни преследовали его всю жизнь.