Мой желанный враг

И вслепую поползла в сторону двери.

– Девушка!

Но я уже успела подняться на ноги и пулей выскочила в коридор.

Мои щеки пылали, а сердце стучало, точно молот по наковальне. Не помню, как добежала до прачечной и влетела внутрь.

– Что такое? – усмехнулась Нина, бросая в корзину белье.

– Нина, там! Там! – задыхалась я. – Ты это специально, да?

– Ты что, черта лысого увидала? – Подруга подошла ближе и ухватила меня за плечи.

У меня никак не получалось отдышаться.

– Хуже! – Я закрыла ладонями горящие щеки.

 – Тот мужчина! Он! Я видела его… ну… прибор…

Нинка расхохоталась.

– Ой, а я тебе еще не верила! – сгибаясь пополам от смеха, похрюкивала она. – Думала, цену себе набиваешь, а ты реально члена живого никогда в глаза не видала!

– Как смешно. – Я гордо вздернула подбородок и отвернулась. – Значит, ты специально меня к нему послала? Посмеяться хотела?

– Да я не поэтому. – Нина подошла и погладила меня по плечу. – Этот мужик – какой-то предприниматель столичный.

Девочки слышали, что он приехал важную сделку заключать. Сказали, что, как ни улыбались ему, на них даже не взглянул. Я подумала, а вдруг ты ему приглянешься?

– Нин, – обернулась я, – да я даже лица его не помню! У меня перед глазами только этот его… стоит.

– Он что, тебя прямо голый встретил?

– Да! Он, видно, только из душа вышел, а тут я со своей телегой!

– М-да, – покачала головой Нинка. – Ох, и везучая ты, Полинка!

– Везучая?

– Ну да. На такого мужика нарваться, да еще рассмотреть его с самой лучшей стороны!

– Да я чуть не ослепла! – принялась я обмахиваться ладонями.

– Скажи лучше, какой он там? – не отставала Нинка. – Большой? Хотя о чем это я? Ты же совсем в этом деле не разбираешься. А пора бы. Некоторые в твоем возрасте такой опыт имеют, что мне и не снилось! Мужчинам ведь как надо – чтобы женщина в постели тигрицей была!

– Нин, ты это, – мне хотелось закрыть уши, чтобы не слышать ее, – сходи лучше туда сама, а? Надо бы тележку мою вернуть.

– А вот и схожу! – Она выпятила грудь, расправила плечи. – И схожу! И если он и мне чего покажет, то я уж не растеряюсь.

Нина ушла, а я отвернулась к окну. Мне не хотелось даже думать о том, что бы делала Ниночка, окажись она на моем месте. И что значило «не растеряться», я уж точно не хотела знать.

А когда она вернулась, я не стала даже спрашивать, как отреагировал мужчина на ее приход. Настолько мне было стыдно.