Sex-дневник Кати Морозовой

Мы так – покувыркались, и все. Мне в моем возрасте серьезные отношения уже не нужны: опять привыкать к кому-то, стирать, рубашки гладить, борщи варить, пироги печь.

– Как ты мог?! – Взревела я, поднимаясь из-за стола. Так как ответа от Ильи не последовало, я схватила тарелку и с размаху расшибла об пол. – Выходит, ты все это время мне врал?!

Илья не шелохнулся. Лишь слегка поморщился.

Тогда я стала бить все тарелки по очереди.

– Послушай, Катерина, – вздрагивая от звуков бьющейся посуды, простонала консьержка.

 – Илюша действительно не собирался тебя обманывать. Это все я. Совратила его. Соблазнила. Передо мной, знаешь ли, и двадцать лет назад никто не мог устоять.

– Это при Сталине? – Рявкнула я.

На пол полетел фарфоровый кофейник, итальянские блюдца, а за ними ваза, которую мы с Ильей выбирали вместе в день заселения в этот триплекс.

– Я люблю тебя, Кать. – Промычал Сапожников, едва воцарилась тишина, и куски фарфоровой шрапнели осели на пол.

– Любишь?! – Воскликнула я. – А ее? – Указала на Нелли Георгиевну.

 – К ней у тебя какие чувства?!

– А меня он хочет. – Улыбнулась бабулька, посасывая апельсиновую дольку.

Илья не стал возражать.

Поэтому на пол полетел чайник и бокалы.

Но легче мне не становилось.

Следом на пол рухнула стальная миска для взбивания яиц. Разумеется, она не разбилась, только шуму наделала. И тогда от злости я пнула ее ногой.

– Когда появилась ты, я обрадовался, что нормальным стал. – Хрипло проговорил Илья, воспользовавшись паузой. (Посуда закончилась, и я обводила яростным взглядом кухню).

 – Однажды в выпускном классе у меня был секс с Анфисой Аркадьевной – преподавателем нашей школы. Приятная такая, ей было слегка за шестьдесят, но потом я пытался забыть об этом случае, приказывал себе не думать о… взрослых девочках.

– И как ты планировал жить дальше? – Всплеснула руками я. – Жениться на мне, а трахаться ходить к этой?

– Я вообще ничего такого не планировал! Оно… само!

Он зажмурился.

– Это была неотвратимая страсть, Катерина.

 – Подтвердила консьержка. – Жгучая похоть. Мы алкали друг друга, как двое прыщавых юнцов.

– Ты совратила моего жениха! – Возмущенно бросила я в ее сторону. – Шалава!

– О, кто еще кого совратил! Знаешь, как резво он меня…

– Не надо! – Взмолилась я. – Не хочу знать, как вы это делали.

– Для меня ведь сейчас секс лучше любой аэробики. – Хихикнула Нелли Георгиевна, зардевшись как школьница. – И меньше шансов вывихнуть сустав.

– Я завяжу с этим.