В тишине твоих шагов

Ты это хотела услышать?

– Да, – я потянулась и забрала шампанское из его рук, – только почему нужно было мучать меня столько? Ты не представляешь, что я чувствовала всё это время! Ночуя в больнице на стульчике, не зная, выживет мой брат или нет. А ты приходил каждый день и задавал мне одни и те же вопросы, словно я должна была расколоться, сознаться тебе во всем. Потом эти обыски! Ты нашел что-нибудь? Нет! Вот и я сразу тебе говорила, что мой брат не встречался с этой девушкой.

– Ты должна успокоиться и трезво оценивать факты.

Не спрашивай, если не готова услышать правду. Всё очень серьезно: сосед опознал машину твоего брата. Она останавливалась под окнами подъезда Яковлевой в тот вечер.

– Этому должно быть объяснение! – Я резко выпрямилась. – Расскажи мне всё, чтобы я могла составить своё собственное мнение. Ты должен…

– Успокойся, я верю тебе, – он оборвал меня на полуслове, – и я расскажу тебе обо всем, чем сейчас располагает следствие.

– Не тяни.

– Марию Яковлеву нашли на полу в собственной спальне.

Убийца душил её, а когда она потеряла сознание, нанес ей множественные удары колюще-режущим предметом в область груди и низа живота. – Он очертил рукой нужную область на своем теле. – Отпечатки пальцев твоего брата обнаружены на полу возле ее тела и на ручке входной двери. На одежде и руках Арсения Беляева также есть следы крови жертвы. Поиски орудия убийства продолжаются. В первый же день мы прочесали все парки, газоны и обочины по пути следования его автомобиля до аварии. Ничего не нашли. Орудие удушения также найдено не было.

Кровь пульсировала в моих висках. Я приподнялась с ковра и посмотрела на Сергея. Он выглядел таким же растерянным, как и я. Всё выстроилось против Сени, будь он в сознании, давно бы сидел в камере под следствием. Сердце сжалось от страха.

– Нужно выяснить, зачем он пошел к этой девушке. Помоги мне, Сереж, я совсем одна против всего мира. Поверь, что Арсений не мог этого сделать ни при каких обстоятельствах.

– В этой истории не всё стыкуется, где-то подвох, я сам чувствую это. На тумбочке лежали права твоего брата. Точнее, обложка для документов с правами внутри. Зачем оставлять такие следы, если убиваешь и сбегаешь с места преступления?

Меня вдруг осенило:

– Да, я помню эти корочки. Кожаный переплет с кармашками для документов. Это я дарила их Сене несколько лет назад. Брат не воспринимает никаких борсеток, кошельков.