Где-то есть Ты

Мы с Митей проводили много времени вместе, но я даже не допускала и мысли, чтобы… ну, ты понимаешь…

– Вот балда!

– Мы реально знаем друг одруг все. Это слишком много, чтобы задумываться о чем-то. Мы ж как брат и сестра.

Мила оглядела меня скептически:

– Ага. А ты не замечала, как жужжишь про него круглыми сутками? Это, вообще, нормально, нет? Ой, Митя такой, Митя сякой. Он сказал это, сказал то. Хи-хи, ха-ха-ха. – Она нахмурила брови. – Даже я знаю про Митю то, чего в принципе не должна знать о «просто друзьях».

Как же он обожает черно-белые фото! А животных, а томатный сок, а пиво с креветками, а канал Дискавери! Ой, а волосы-то у него, волосы! Мягкие, как перышки! Высокие блондины не в моем вкусе, но он такой, такой!

Пока она меня изображала, мне показалось, что я не краснею, а просто уже горю заживо. Пылаю, как костер.

– Да на него девки вешаются, как ненормальные! – Воскликнула вдруг я.

Соглашусь, оправдание глупое и, скорее даже, выдающее меня с головой.

– И? – Усмехнулась подруга.

– И меня это пугает… Правда! К тому же он менял девушек, как перчатки, ни к кому не испытывал чувств. Да. Я же все знаю! Все-все. Он ничего никому не обещает, но женщины готовы прощать ему и это. Даже к одному свиданию в неделю, даже без обязательств!

– Обычные дешевки. Ты просто боишься, что он такой же, как Марк?

– Не знаю. – Я выдохнула, пытаясь привести чувства в порядок. – Когда мы появляемся вместе в клубе, его бабы на меня волком смотрят. Он представляет меня лучшим другом, они жмут мне руки, а по взглядам видно – хотят прирезать в темном переулке.

Чувствуют, что занимаю особое место в его жизни. Я ведь ему… как сестра.

– Дорогая моя, – Мила встала, поправила штаны, откупорила новую бутылку, – такую девушку, как ты, невозможно воспринимать как сестру.

– Нет, у нас нет никакой симпатии. – Отмахнулась я. Когда мне хочется в чем-то убедить подругу и выглядеть при этом серьезной, в мире умирает один Станиславский, а еще двадцать его однофамильцев дружно ревут.

 – Сразу как-то повелось так, и все… Митя даже смотрит на меня равнодушно, ну, без мужской искорки в глазах. Тянется ко мне, да, звонит, с удовольствием проводит время. Но нужна я ему только как друг. Поржать, поидиотничать, поболтать.

– Черт, да он тебе такие слова говорит, я ведь слышала! – Не выдержала подруга. – Ты глухая, что ли? Поддерживает, заботится. Уверена, своим телкам он не выдает и малой доли подобного. А ты мне описываешь его, как голубого.